Выступил с остальными отрядами, к которым примкнули вспомогательные войска

Царей, возобновленные и усиленные, и еще много союзников из Сирии. И та

Рать, которую Веспасиан выделил из четырех легионов и послал с Муцианом в

Италию, была опять пополнена из приведенных Титом отрядов, так как из

Александрийского войска за ним последовали две тысячи отборных солдат и,

Кроме них, стянуты были к нему три тысячи воинов из гарнизонов на Евфрате.

При нем находился также самый испытанный своей преданностью И славившийся

Своей опытностью в военном деле друг его, Александр Тиберий, бывший

Правитель Египта, которому он теперь поручил начальство над войском. Он

Оказался достойный своего назначения, так как первый из всех признал власть

Нового императора и с безотчетной преданностью связал свою собственную

Судьбу с темной еще будущностью последнего. Выделяясь своим возрастом и

Опытностью, он сопровождал Тита в качестве советника в войне.

ГЛАВА ВТОРАЯ

Как Тит двинулся к Иерусалиму. Как он, высматривая город, подвергся

Опасности и где расположился лагерем.

1. Поход Тита во вражескую страну открывали отряды царей и все прочие

Вспомогательные войска; за ними шли строители дорог и квартирмейстеры, а

Также вьючные животные с багажом предводителей; за ними, под прикрытием

Тяжеловооруженных воинов, следовал сам полководец, окруженный многочисленным

Отборным войском и копьеносцами. Вслед за ними и непосредственно перед

Машинами ехали принадлежавшие к легионам всадники, а позади машин - трибуны

Под прикрытием отборного войска и начальники со своими когортами. За ними

Появлялись полевые знамена с орлом посередине, предшествующие трубачам, а

Тогда уже - главное ядро легионов, по шести человек в ряду. Каждый легион

Имел свой обоз, который возил поклажу. Наконец, в хвосте находились наемные

Отряды и охранявший их арьергард. В таком обычном у римлян порядке похода

Тит подвигался через Самарию в Гофну, завоеванную еще его отцом и снабженную

Теперь гарнизоном. Здесь он переночевал и на следующее утро двинулся дальше.

Маршируя целый день, он к вечеру разбил лагерь на месте, называемом иудеями

на их родном языке "Шиповой долиной", возле деревни Гаватсаула (что

обозначает холм Саула) на расстоянии около тридцати стадий от Иерусалима.

Отсюда он с шестьюстами избранных всадников отправился на разведку, желая

Ознакомиться с укреплениями Иерусалима и настроением иудеев и разузнать

Вместе с тем, не сдадутся ли они со страха без борьбы при одном его

Появлении; ибо он знал, как это и было в действительности, что народ,

Находившийся под гнетом мятежнической партии и разбойников, жаждал мира и

Только потому бездействует, что чувствует себя бессильным.

2. Пока Тит ехал по большой дороге, ведущей прямо к стене, никто не

Показывался у ворот; когда же он возле башни Псефина, свернув с дороги,

Повел свою конницу в сторону, несметные враги ринулись внезапно мимо так

Называемых Женских башен через ворота, лежавшие против памятника Елены,

Прорвали линию всадников, бросились навстречу находившимся еще на дороге,

Воспрепятствовали им соединиться с другими, свернувшими уже в сторону, и

Таким образом отрезали Тита с немногими людьми. Идти вперед Титу было

Невозможно, так как все пространство до стены было изрыто канавами,

сделанными для плантаций, и поперечными садами, обведенными многими

Заборами; но и обратное отступление к своим он тоже нашел отрезанным

Многочисленным неприятелем, находившимся посередине, большинство же его

Людей, не подозревавшее опасности своего государя, разбежаяось в том

Предположении, что и он вместе с ними повернул назад. Видя тогда, что его

Спасение может зависеть только от его личной храбрости, он повернул своего

Коня назад, крикнул своей свите следовать за ним и бррсился в самую толпу

Неприятеля, чтобы силой проложить себе дорогу к своим. Тогда-то можно было

Убедиться воочию, что перипетии войны и судьба государей находятся в руках

Божиих: сколько ни летело стрел на Тита, который был без шлема и без щита

(ибо, как уже было сказано, он выехал не как воин, а только в качестве

разведчика), все-таки ни одна его не задевала, а все без всякого действия

Просвистели мимо, точно они с умыслом не попадали в цель. С мечом в руках,

Прокладывая себе дорогу через напиравших на него сбоку, перескакивая через