Эмоленты и увлажнители: начало корнеотерапии

История корнеотерапии начинается с ряда пророческих наблюдений Рональда Маркса с коллегами, высказанных в 1975 г. в статье с провокационным названием «Объяснение эффекта плацебо при использовании смягчающих мазевых основ» [Тгее S. & Маrks R., 1975]. Авторы пытались разобраться, как мягкий эмолент, не содержащий фармакологически активных ингредиентов, может быть эффективным в плане замедления общих воспалительных заболеваний, таких как псориаз и атопический дерматит. Они показали, что некоторые смягчающие средства могут предотвращать повышение скорости митозов в базальных кератиноцитах, которое отмечалось при повреждении кожи липкой лентой. Оказалось, что такая «почтенная» мазь, как вазелин, оказывает наибольший антимитотический эффект среди других кремов и мазей. Однако у авторов не было никакого объяснения этому феномену.

Позже Реnneys обнаружил, что вазелин может действовать как противовоспалительный агент [Рenneys N.S. Еt аl., 1980]. Он смог показать, по крайней мере in vitro, что вазелин препятствует простагландин-опосредованному образованию провоспалительной арахидоновой кислоты. В 1976 г. Соmaish и Greneer показали, что вазелин оказывает ингибирующее действие на совсем другой модели [Соmaish J. S. & Соmaish J.S., 1976]. Их исследование было основано на известном феномене Кёбнера, при котором происходит вовлечение в патологический процесс неповрежденной кожи у больных в прогрессирующей стадии псориаза: травмы или раздражения провоцируют появление новых псориатических поражений в этих зонах. Ученые спровоцировали реакцию Кёбнера путем нанесения глубоких царапин длиной по 1 см. Оказалось, что если кожу предварительно обрабатывали вазелином в течение 3 нед до травмы, новые псориатические повреждения, как правило, не появлялись.

На еще одной модели Альберт Клигман вместе со своей женой и коллегой Лоррейн Клигман исследовали способность эмолентов ингибировать процессы канцерогенеза, индуцированного УФ-излучением, у безволосых мышей [Kligman L.Н. & Kligman А.М., 1992]. Мышей облучали трижды в неделю в течение 20 нед. УФВ-лучами. Тестируемый эмолент наносился непосредственно перед каждым облучением. Оказалось, что вазелин дал почти полную защиту от образования опухолей. А вот другой гидрофобный эмолент — ланолин оказался эффективен только на 50%. В контрасте с этими данными, формирование опухоли на этой же животной модели значительно активируется минеральными маслами, которые содержат углеводороды более низкой молекулярной массы, чем вазелин. Интересно, что умеренное защитное действие (около 20%) вазелина проявлялось, даже если он был нанесен после каждого сеанса облучения. Солнцезащитный эффект вазелина заключается не в отражении или поглощении УФ, как это делают УФ-фильтры, а в повышении собственного защитного потенциала кожи.

Изучая клинические свойства мягких эмолентов для коррекции различных ксеротических состояний с дефектным барьером рогового слоя, Клигман обнаружил, что вазелин и здесь проявляет высокую эффективность. Оценка эффективности увлажнения проводилась с использованием регрессивной методики исследования сухой кожи, согласно которой определяется время после прекращения 3-недельного курса лечения кожи, за которое кожа возвращается в исходное состояние.

После экспериментирования с различными эмолентами Клигман с коллегами пришли к выводу, что по эффективности восстановления дефектов кожного барьера при хронических дерматозах на первом месте стоит чистый вазелин, за ним следует мазь Аquaphor (Вeierdorf, Германия) на основе вазелина, потом эмоленты на основе растительных масел. Наименьшую эффективность показали лосьоны, увлажняющее действие которых хотя и быстрое, но непродолжительное.

Для оценки способности препарата Аquaphor восстанавливать кожу после перорального приема ретиноидов Клигман провел серию клинических экспериментов. В одном из них 3 человека с тяжелой конглобатной угревой сыпью на лице и спине принимали по 80 мг 13-цис-ретиноевой кислоты ежедневно в течение 4 мес. Курс лекарственной терапии помог уменьшить число угревых высыпаний и выраженность эритемы, но привел к заметному шелушению кожи всего тела и даже появлению кровоподтеков и пурпуры, сопровождающихся зудом и стянутостью кожи. После завершения приема лекарства кожу одного предплечья пациентов дважды в день в течение месяца обрабатывали мазью. В качестве контроля служило противоположное необработанное предплечье. Сухость, шелушение и зуд исчезли через 2 нед. Измерение ТЭПВ и изучение биопсийных образцов показало, что на обработанном предплечье кожа полностью восстановила свои барьерные свойства и структуру, на контрольной стороне восстановление было крайне слабым.

Так почему же косметологи не любят вазелин, собравший такую обширную доказательную базу в свою пользу? Здесь есть и эмоциональное, и рациональное зерно. Основная претензия к вазелину, которая сильно ограничивает его использование, — липкость и неприятные ощущения после нанесения на кожу. Когда человек болен, он гораздо меньше обращает внимание на эти неудобства и прощает лекарству отсутствие эстетики, если клинический результат его устраивает. Если же кожа здорова, то причин терпеть липкий вазелин нет. Кроме того, окклюзионные свойства, столь ценные при поврежденном барьере, на здоровой коже могут вызвать обратный эффект. Ведь одно дело, когда ТЭПВ увеличена, — тут окклюзия снизит потери воды. А если ТЭПВ в норме, то задержка испарения воды приведет к гипергидратации рогового слоя, что неблагоприятно для барьерных структур.