В-3. Пушкин как национальная идея

Совершенно особое место в этом развитии русскости принадлежит развитию русского языка.

Язык - основа ментальности. Развитие русского языка - основа развития русской ментальности. Формирование русскости, русской ментальности происходит прежде всего через язык.. И потому необходимо, чтобы на уровне государственной политики развитие русского языка было заявлено как национальная ценность.. Важно довести до массового сознания, что язык - это не просто средство общения, но мировоззренческая ценность и высшее духовное достояние нации. Необходимо создать своеобразный культ русского языка и вывести это на уровень государственной стратегии.

При этом следует иметь в виду, что культ русского языка - это, конечно же, не культ того учебного “русского языка”, который преподается в школе детям. Этот, школьный курс русского языка представляет собой унылый набор орфографических и синтаксических правил, и, скорее, отвращает от языка, чем создает в нем потребность. Равно как и школьный курс “литературы”, скорее, отчуждает ребенка от мира литературы, чем формирует в нем потребность.

Нет, речь о культе  живого языка, и прежде всего - в реальности его живого литературного существования, в реальности той литературной традиции, создателем и национальным символом которой является Пушкин, и которая “дышит” реальной литературной практикой сегодняшнего дня.

Необходимо, чтобы сама способность писательства, способность литературного творчества, способность жизни в литературном, поэтическом языке была осознана как национальная потребность и государственная задача. Необходимо понять, что нация сильна словом, что развитость языка - важнейший показатель развитости нации, и что развивающийся язык, развивающаяся литература - важнейший показатель того, что у нации есть будущее. 

Так вот, абсолютно необходимо, чтобы потребность в русском литературном языке - языке Пушкина, Блока, Цветаевой, Мандельштама, Бродского и т.д. стала нормальной человеческой потребностью каждого представителя нации, а, значит, и нации в целом.

И одновременно эта же идея может выступить консолидирующей основой для сплочения всего многонационального российского сообщества, поскольку в российском государстве именно русский язык является языком межнационального общения, создает языковую среду многонационального бытия. И оттого должна быть особая федеральная программа развития русского языка как средства межнационального общения. При этом русский язык не должен быть навязан другим нациям, а должен быть пережит как органическая потребность.

А это значит, что он должен явиться другим нациям не просто как средство общения, а как средство самовыражения, средство выражения души, как поэзия. Как язык Пушкина и Бродского.

В этом и состоит суть тезиса о Пушкине как о национальной идее России.

Национальная культура состоятельна, когда она пронизана культом своего языка.

В сущности говоря, это тезис о радикально новом образе образования - образовании, которое могло бы стать действительной точкой консолидации нации, об образовании как национальной идее.

Но об этом - в другой статье.                                                                                           (март, 1999)

Вероятностное образование в вопросах и ответах

Что такое вероятностное образование?

Это образование, в котором отсутствует жесткая плановая детерминированность (предопределенность) учебного процесса. В противоположность традиционному учебному процессу, где абсолютным законом является так называемая «школьная программа», которая составлена заранее и которую требуется «проходить», жестко планируя и расписывая наперед учебное время, вероятностное образование отказывается от самой идеи учебного плана как незыблемого закона, структурирующего весь учебный процесс. Это образование, в котором принцип творческой неопределенности, принцип вероятностной размытости будущего принимается как фундаментальная культурная ценность. Это образование, построенное на событийной основе: оно строится как цепь не запланированных заранее образовательных событий, совершающихся «здесь и теперь», а не в соответствии с каким-то заранее придуманным учебным сценарием.

Что такое образовательное событие?

События, о которых идет речь, это ни в коем случае не «учебные события», т.е. «события» (а, точнее, псевдособытия), тщательно спланированные и подготовленные учителем. Речь идет о подлинных событиях, в равной степени неожиданных и для учителя, и для учеников. Задача педагога при этом заключается в том, чтобы создавать условия для такого рода не запланированных заранее образовательных событий, и чтобы событие имело максимально значимые образовательные последствия как для учащихся, так и для самого педагога.

Важная особенность образовательного события: его можно предполагать, но невозможно планировать. Событие происходит или не происходит лишь с некоторой долей вероятности.

Приведу пример. Академик Д.С. Лихачев вспоминает: когда он учился в шестом классе, а было это в начале 20-х годов в одной из экспериментальных школ Наркомпроса, то в течение целого года уроки литературы были посвящены исключительно пушкинскому «Медному всаднику». Так получилось - начали читать, и оказалось, что «Медный всадник» - это целая Вселенная, по которой можно путешествовать бесконечно.

Понятно, что с точки зрения движения по учебной программе - это совершенно безрассудная трата времени. А с точки зрения иного чиновника - это еще и преступление против учебной программы. Но Лихачев-то вспоминает это как самое грандиозное событие своей школьной жизни - событие, не имеющее себе равных по интеллектуальным и духовным последствиям. И дело не в том, что учащиеся «прошли» «Медного всадника», а в том, что они в него вошли, и не нашли в себе сил из него выйти - в угоду программному движению. Это действительно было событие, ни в малой степени не запланированное заранее.

Таким образом, пушкинский «Медный всадник» явился событием, сломавшим всю учебную программу. А самое главное - благодаря такого рода неплановому, вероятностному повороту учебной траектории и сам Пушкин, и история российская, и русский язык, и история литературы российской явились учащимся как событие «Медного всадника», а не как очередной дежурный набор «пройденных тем».

И это, на мой взгляд, яркий пример образования на вероятностной, неплановой, событийной основе.

Вопрос не в том, чтобы успеть «пройти» те или иные программные пункты, а в том, на этом программном пути нашлась хотя бы одна точка, которая расширилась бы до масштабов Вселенной, и сломала бы тем самым саму необходимость дальнейшего движения «по программе». Потому что только в этом случае происходит чудо образования, тождественное чуду культуры.