Типы реакции родителей на проблемы развития ребенка

Как справедливо отмечает Д.Н. Исаев (2000), обычно ро­дители при рождении ребенка оптимистически прогнозиру­ют его будущее. Когда же они узнают об отставании, задерж­ке психического развития ребенка, их реакция на данный факт бывает неадекватной. Нам встречались родители, пол­ностью игнорирующие проблемы ребенка, их «аргумент* за­ключался в следующем: «Ничего страшного, у нас папа заго­ворил в 5 лет, учился на тройки, а вырос не хуже других».

Это приводило к пассивности родителей в осуществлении коррекционного процесса, отказе проходить дополнительное обследование, лечить ребенка. Другие переживают комплекс собственной вины в случившемся, настойчиво выясняя, чья же неблагоприятная наследственность, какие аномалии бере­менности и родов могли быть этому причиной. Поиски ви­новного не только не способствуют семейной гармонии, но и снижают потенциал родителей в осуществлении развиваю­щей работы с ребенком, служат психотравмирующим фак­тором, вызывающим тревожность и невротизацию ребенка.

Другой тип неадекватного родительского отношения про­является в пренебрежительном отношении к ребенку, эмо­циональном отвержении его, особенно если в семье есть бо­лее развитые дети, в чувстве стыда за его неуспешность по сравнению с другими детьми, что неминуемо приводит к формированию негативной «Я»-концепции, низкой самооцен­ки ребенка, является причиной его последующей дезадапта­ции [62].

Как уже было отмечено, установление факта проблем в развитии ребенка является для его родителей чрезвычайно сильным психотравмирующим фактором. Это особенно свой­ственно семьям с высоким образовательным и профессио­нальным статусом, в которых порой культивируются завы­шенные или даже гипертрофированные ожидания особой одаренности ребенка. В таком случае реакция родителей на эгот факт не всегда адекватна, поэтому все специалисты, свя­занные с реабилитацией ребенка, должны быть в его инте­ресах осторожны с соответствующей информацией. Чувство родительской вины может порождать гиперопеку в их отно­шениях с ребенком, которая не только не способствует про­цессу реабилитации, но и существенно вредит ему. Доста­точно широко в таких семьях, особенно с существенным материальным достатком, распространено стремление орга­низовать для ребенка дополнительные занятия с психолога­ми, учителями, спортивными инструкторами за пределами учреждения. Хотя абсолютно очевидно, что для ребенка это чревато не только некачественным, но часто противоречи­вым, некомпетентным и избыточным процессом реабилита­ции, что может привести к срыву и без того неустойчивых адаптационных процессов.

Существует и другая категория родителей. Чаще это люди с низким образовательным уровнем, ограниченным кругом

интересов и невысокими интеллектуальными способностя­ми, некоторые имеют и выраженную психоневрологическую патологию. В таких семьях проблемами ребенка могут пре­небрегать, перепоручив их решение медицинским, педагоги­ческим и социальным работникам.

Обе упомянутые родительские реакции являются край­ними и нуждаются в психологической (психотерапевтичес­кой) коррекции. Для предупреждения развития подобных установок педагоги используют информацию, получаемую из специальных анкет, заполняемых при поступлении ре­бенка в учреждение, а также посредством личного контакта с родителями. Здесь важны позиции психолога, социально­го педагога, а также администрации, влияющей на соци­ально-психологический климат в учреждении.

С момента обнаружения нарушения в развитии ребенка родителей необходимо информировать обо всех результатах его обследований и обсуждать их с ними, не отклоняясь, конечно, от норм профессиональной этики. Вне зависимос­ти от социального статуса и интеллектуальных возможнос­тей родителей они должны быть информированы о целях индивидуальной программы реабилитации ребенка — не только ближайших, но и отдаленных, об ожидаемых ре­зультатах, объемах и предполагаемых сроках работы. Безус­ловно, все утверждения сотрудников должны быть гибкими, продуманными и осторожными. Это необходимо не только из этических соображений, но и способствует вовлечению родителей в работу по реабилитации их ребенка и формиро­ванию у них адекватной оценки ситуации, реальных воз­можностей и перспектив ребенка.

Уже на начальном этапе общения с родителями необхо­димо прогнозировать возможную степень включенности их в работу, ее объем, на который они способны с учетом раз­личных факторов (профессиональной занятости, материаль­ного положения, уровня образования, жилищно-бытовых условий и т.д.), оценивать степень их готовности к сотруд­ничеству со специалистами разного профиля. В практике до­статочно часто встречаются случаи, когда родители на на­чальном этапе работы выражают полную готовность к со­вместной деятельности, но, столкнувшись с необходимостью систематических и весьма трудоемких занятий с ребенком в течение длительного времени, быстро прекращают их. По­этому родителей с первой встречи необходимо психологи-

чески готовить к добросовестному и инициативному сотруд­ничеству со специалистами. Однако и в этом случае иногда приходится прибегать к дополнительным дипломатическим усилиям, чтобы убедить их в целесообразности тех или иных мероприятий, поскольку по мере включения в работу у них неизбежно возникают свои взгляды на аспекты обучения, воспитания или коррекции. В такой ситуации важно при­нять к сведению соображения родителей и объективно их оценить, но при этом последовательно проводить линию компетентной помощи ребенку.

Многие родители не меньше ребенка нуждаются в под­держке и поощрении, так как успехи в проводимой работе появляются далеко не сразу, и на определенном этапе мо­жет возникнуть ощущение безнадежности и бесполезности прилагаемых усилий.

В итоге хочется отметить, что нарушения поведения у детей не возникают, если родители добры к ним, отзывчи­вы к их нуждам и запросам, просты и непосредственны в обращении, позволяют детям выражать свои чувства. Нару­шенные семейные отношения, неправильное воспитание — причины возникновения личностных деформаций.