Глава восьмая; суд, арбитраж, надзор за соблюдением законности

В этой главе два крупных нововведения.

Первое - это распространение принципа всеобщего, равного и прямо­го избирательного права на выборы судей и народных заседателей. Пред­лагается ВСЕ суды в СССР, а не только районные, сделать,- вот имен­но,- НАРОДНЫМИ, по-настоящему выборными; т.е., чтобы они избирались непосредственно населением, на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании.

В Конституции 1977 года, в ст.152, сказано: "Все суды в СССР об­разуются на началах выборности судей и народных заседателей".

А дальше выясняется, что непосредственно гражданами избираются только суды низшей ступени; что же касается вышестоящих судов, то они избираются соответствующими Советами народных депутатов. Т.е., нам тут во всей красе представлена та самая система МНОГОСТЕПЕННЫХ ВЫБО­РОВ, с которой - по отношению к Советам - покончила ещё Конституция 1936 года. Раньше у нас и Советы примерно по этой схеме избирались, и именно на этом правовом архаизме, применительно к Советам, Сталинская Конституция поставила крест. Но,- к сожалению,- ни та, ни другая из наших предыдущих Конституций не решились посягнуть на систему много­степенных выборов в судебной сфере.

И все-таки, более прогрессивный принцип,- безусловно,- и в этой сфере должен с течением времени возобладать. Так что мы,- как и во всех прочих случаях, я ешё раз специально это подчеркиваю,- ничего не выдумываем, мы просто открываем естественный выход тому, чем была уже, можно сказать, беременна Конституция 1977 года и что неизбежно должно было в свой черёд явиться на свет.

Ст.149-ой проекта предлагается, в числе прочего, повысить ранг народных заседателей и избирать их не на собраниях, а так же, как и судей,- на основе всеобщего, равного и прямого избирательного права при тайном голосовании, на тот же срок.

Ст.150 проекта подтверждает, что при выборах судей и народных за­седателей действуют общие принципы избирательной системы СССР: аль­тернативность и состязательность кандидатур; право каждого избирателя заявить аргументированный отвод любой выдвинутой кандидатуре; право самовыдвижения кандидатов в судьи и народные заседатели; право изби­рателей на отзыв в любое время судьи либо народного заседателя, не оправдавшего их доверия; и др.

Снята в проекте, как "буржуазная отрыжка", статья, гласящая, что судьи и народные заседатели независимы и подчиняются только закону. В определенном смысле у нас все граждане подчиняются только закону,- произволу не обязан подчиняться никто. А что значит "независимы"? Как они могут быть "независимы" от народа, который их избрал? И от местных органов государственной власти они не могут быть "независи­мы", они должны работать в тесном контакте. Другое дело, что властные структуры не должны пытаться давать судьям противоправных указаний; но это совсем иначе называется, и "независимость" тут ни при чём.

Ст.156 проекта определяет, что право на получение помощи адвоката в уголовном судопроизводстве наступает для гражданина не с момента окончания предварительного следствия, как это самым нелепейшим обра­зом было у нас раньше, а с момента,- соответственно,- задержания, за­ключения под стражу до предъявления обвинения, предъявления обвинения.

Ст.157-ой проекта закреплено право граждан СССР на получение квалифицированной юридической помощи, в том числе со стороны любого должностного лица, к которому гражданин обратился в связи с возникши­ми у него вопросами юридического характера (естественно, в рамках компетенции этого должностного лица). Предусмотрена ответственность должностных лиц и всех вообще официальных адресатов обращений граждан за бюрократическое отфутболивание,- или, выражаясь юридическим язы­ком, за дачу заведомо ложных, запутывающих дело укаваний обратившему­ся к ним гражданину.

Второе из радикальных нововведений восьмой главы - это предложе­ние ликвидировать прокуратуру как институт и передать функции высшего надзора за соблюдением социалистической законности отделам юстиции президиумов Советов народных депутатов, во главе с Отделом юстиции Президиума Верховного Совета СССР.

Аргументация по этому пункту.

Прокуратура - это организация, по своему внутреннему устройству абсолютно чуждая всем структурным принципам Советской власти. Совет­ская власть строится на началах выборности снизу вверх, а прокурату­ра - путём голого назначенчества сверху вниз. Советская власть стре­мится объединить, консолидировать все местные органы, а прокуратура демонстративно себя им противопоставляет. И т.д. В результате совершенно непонятно, почему надзирать за правильностью функционирования Советской власти поручено именно вот такой структуре,- которая сама в системе Советской власти выглядит как инородное тело? Не логичней ли будет, чтобы власть Советов сама надзирала за осуществлением издавае­мых ею законов? Какая же цена Советам как органам государственной вла­сти, если мы фактически официально признаём, что они не в состояния сами проконтролировать проведение своих собственных законов в жизнь?

Да и практические итоги существования прокуратуры в СССР ничего в её пользу не говорят. Её мнимая независимость от местных органов на деле только создавала лишние очаги бесконтрольности и безнаказанности, а это служило своего рода рассадником организованной преступности. Лю­ди, обращавшиеся в прокуратуру за защитой от беззакония, сами сплошь и рядом становились жертвами неправосудного преследования уже с её сто­роны. А наличие у прокуратуры собственного "карманного" следствия, это вообще была,- иначе не скажешь,- правовая чума, которая длительное время вызывала протест всех мыслящих юристов в Советском Союзе.

Итак, предлагается все функции прокуратуры передать президиумам Советов народных депутатов, за исключением функции самостоятельного возбуждения уголовного дела, которой у надзорного органа вообще не должно и быть. Прокуроры останутся только как назначаемые тем же Сове­том представители государственного обвинения в соответствующем суде. Следственную часть предлагается сосредоточить исключительно лишь в си­стеме органов внутренних дел и государственной безопасности.

Думается, что наделение постоянно действующих органов Советов над­зорными полномочиями резко повысит авторитет и роль Совета как таково­го,- не исполкома, но именно Совета,- во всей местной жизни. Его сразу станет хорошо "видно и слышно". Но как раз этого нам многие годы ощу­тимо недоставало.