Совет в Руане (1214), can . 9 (Манси, XXII , 901).

87 Mansi , XXII , 846. "Какое наказание полагается ложному проповеднику? Чтобы знать это, мы должны знать, кого можно
назвать ложным проповедником. И вы должны знать, что любой мирянин, даже религиозный, считается
лжецом, потому что служение проповеди запрещено им всем . . . . Миряне должны слушать и повиноваться
духовенству, а не учить или командовать ".

88 Schnuerer, L'Église et la civilisation au moyen âge, II, 641 ff.

89 Michel, Geschichte des deutschen Volkes, 1897, I, 136 ff. Hefele, Die Bettelorden und das religiöse
Volksleben Ober-und Mittelitaliens im 13. Jahrhundert, p. 7.

Хаук, IV, 22 и далее; 30 и далее.

91 Greven, Die Anfänge der Beginen, p. 205.

Содержание

От: Святой Доминик и его работа , Пьер Мандонне, О.П.,

Переведено сестрой Мэри Бенедиктой Ларкин, О.П., B . HerderBookCo ., Сент-Луис/Лондон, 1948.

ГЛАВА XVII

Усилия Церкви по возрождению проповеди

Реджинальд Ладнер, О.П.

Перед лицом такой эволюции папство не могло бездействовать. Описанный здесь кризис был вызван не только концом XII века; его рост начался в гораздо более ранний период.
То
же самое касалось усилий пап и соборов, направленных на то, чтобы опережать события. Все их попытки невозможно
перечислить или рассмотреть в деталях; для полного понимания их усилий и планов
потребовался бы подробный отчет о каждом из них. Наше лечение направлено лишь на то, чтобы дать общее представление с
акцентом в каждом случае на типичную особенность.

Великая григорианская реформа увенчалась определенным успехом и принесла некоторые долгосрочные результаты. Монахи
восстановили свой первобытный идеал со строгостью более ранней эпохи; во многих местах священнослужители отказались от всей
личной собственности и начали жить сообща по правилам. Рожденные такими усилиями, институты
цистерцианцев и регулярных каноников процветали как их непреходящее отражение. Но наиболее
характерной чертой конца одиннадцатого и начала двенадцатого веков было пробуждение замечательного духа,
искреннее желание работать для душ. Раскрытие глубоко укоренившихся источников этого интереса вывело бы
нас за пределы данного исследования. Однако факт заключается в том, что тогда
, наряду с реформой Григория VII , развивалась оригинальная практика подражания Христу в примитивном образе
апостольской жизни.

Среди постоянных канонов эта идея проявилась в своем новом аспекте с особой силой. Они обнаружили,
и совершенно справедливо, в соединении созерцательной жизни и активного служения душам совершенное подражание
Христу и апостолам.

(1)

Ряд городских отделений были реформированы под влиянием нового
стремления. Возрожденные могущественным идеалом, эти обычные священнослужители в значительной степени разрешили бы
кризис в пастырском служении, если бы их число было больше; ибо они уже были под рукой в
городах, и их обычная жизнь не имела иной цели, кроме эффективной поддержки их апостольства.
К сожалению, к концу XI века реформа не смогла охватить большую часть
духовенства в соборах и коллегиальных церквях.

(2)

Среди монахов, естественно более консервативных, поначалу лишь несколько человек претендовали на право
проповедовать и посвятить себя служению душам.

(3)

Разве сам святой Бернард, величайший
проповедник XII века, не запретил своим монахам проповедовать? В целом ориентация
монахов на священство и священнические функции не встретила одобрения.

(4)

Однако даже с ними
волну этих устремлений невозможно было контролировать. Их представители зашли так далеко, что пожелали
сделать проповедь и служение душам прерогативой монахов.

(5)

В конце концов, они пришли к тому
же выводу, что и обычные каноны: тот, кто хочет следовать за Христом в подражание апостолам, должен
вести апостольскую жизнь в бедности и аскезе.

Само основание Премонтре, то есть в примитивном понимании его основателя, было, возможно, более
способно к желаемому синтезу монашеского аскетизма и апостольской деятельности. Премонстратианцы, в
отличие от обычных каноников, могли бы создать централизованное учреждение, которое сделало бы возможным
энергичное и организованное апостольство. Более того, их аскетизм и суровая бедность, напоминающие
цистерцианцев, контрастировали с расточительностью и мирскими манерами, распространенными в определенных
религиозных кругах и особенно среди духовенства. Если Орден, несмотря на все свои возможности, не совершил
обновления, к которому призывало пастырское служение, то эта неудача была вызвана доминированием
цистерцианского влияния, каким бы реакционным оно ни было по отношению к апостольству. Были и другие причины, среди
которых любовь к одиночеству занимала не последнее место. Насколько мы можем судить сейчас, премонстратианцы