Хотя приближалось утро, ночные тени наполняли комнату, которая без них была бы пустой.

Снаружи стонал ветер, а стук лошадиных копыт и грохот вагонных колес эхом доносился снизу из переулка.

- Эдгар, - Моран снова заговорил, - вы меня слышите?

Глаза По лениво открылись, стекловидные и далекие, они походили на незрячие глаза детской куклы, черные, как чернильницы. Он смотрел в потолок. Моран проверил пульс своего пациента, прижав большой палец к липкому запястью поэта. Секунды отзывались учащающимся ритмом.

Доктор колебался. Он не хотел снова отпускать своего пациента в безумие.

И всё же, он не мог не стремиться к ещё одному моменту просветления, ещё одному краткому проблеску человека, запертого в помешательстве.

Еще один ключ к загадке о том, что случилось четыре дня назад, когда бесчувственного По привезли к нему. В бреду, с головы до пят обсыпанный песком и в чужой одежде, он был не в состоянии связать ни единого слова о том, где он был или с кем.

- Вы помните, где вы находитесь? - Спросил Моран. Доктор заерзал на сидении, и старый деревянный стул заскрипел под ним.

Внезапно рука По взлетела. Он схватил доктора, блокируя запястье хваткой, которая забрала все силы его трупного окоченения.

- Кто это? - Выдохнул Эдгар со скрежетом в груди, его голос охрип после нескольких часов криков от боли. - Кто здесь?

- Успокойтесь. – Призвал его доктор. Он позволил липким рукам Эдгара держаться за него, надеясь, что физический контакт успокоит его, вернет и привяжет к реальности.

- Рэйнольдс? - Прошептал По. Его рука сжалась вокруг запястья Морана с невероятной силой, дрожа от нетерпения. – Рейнольдс… Скажи, что ты, наконец, пришел.

Доктор сглотнул. Он облизал губы, пытаясь, но не зная, что сказать.

- Это доктор Моран, Эдгар. Ваш врач. Я уверен, вы меня помните.

Лицо Эдгара исказилось. Его веки плотно сомкнулись. Рот открылся, а затем его губы сжались от бесшумной тоски. Он отпустил врача, его руки безвольно опали.

- Я должен был знать, - простонал он с отчаянием в каждом слоге, – что ты оставишь меня здесь. Вот так.

- Эдгар, - прошептал доктор. - Я хочу только помочь вам. Вы можете рассказать, что случилось? Можете рассказать, как оказались в Балтиморе?

- Но я не там. – Ответил По, обрушив голову на влажную подушку, его дыхание стало быстрым и поверхностным. Его тело задрожало, а под ним и его кровать. Моран неодобрительно посмотрел на своего пациента, подыскивая слова, дабы удержать его сознание в настоящем, отвлечь от галлюцинаций, чего-то, как ему казалось, скользящему сквозь стены в завитках черного дыма.

- Мистер По, вчера вы упомянули, что у вас была жена. В Ричмонде. Вы можете мне сказать…

- Ты почти прав, - прошептал По. – Почти. Но теперь, Рэйнольдс, она со мной. С этими словами он слегка провел кончиками пальцев по груди над открытой частью его рубашки.

- Здесь. Все время. - Пробормотал он. – Все время, в моем лихорадочном сердце.

- Кто этот Рэйнольдс, о котором вы все время говорите? – спросил Моран. - Возможно, ваш друг?

- Возможно, - ответил По, его рука упала вниз в то время, как его взгляд сфокусировался на потолке. – Мы увидим. Тени собираются. Слышите их шепот? Она идет. Поэтому мы увидим.

Зрачки По, черные, как смоль, расширились. Моран завороженно смотрел. Прежде он много раз лечил от безумия. Но было что-то в состоянии этого человека, что заставляло его желать осмотреть скучные стены, окружавшие его, чтобы убедиться, что там действительно ничего нет.

Эдгар ахнул. Его тело напряглось. Выгибая позвоночник, он откинул голову набок и взвыл. Корчась, он схватился за кровать под ним, выкручивая ткань спутанного постельного белья, крича "Рейнольдс!"

Моран вскочил на ноги.

- РЕЙНОЛЬДС! - снова закричал Эдгар, возобновляя рыдания, разносившиеся в ночи, его голос был грубым и неровным.

- Эдгар! - Закричал Моран, хватаясь за руку своего пациента. - Эдгар, вы в безопасности.

 - РЕЙНОЛЬДС!

- Здесь нет ничего, что может вам навредить. Эдгар, послушайте меня! Все в прошлом. Вы меня слышите? Чтобы ни происходило, это уже в прошлом!

В тот момент По застыл, стиснув зубы, на его лице затаилась агония, пот скользил по вискам. А затем в нем что-то изменилось. Он, казалось, сразу вернулся к себе, как дрожащее пламя свечи, которому удалось выровняться после порыва холодного ветра. Его тело начало расслабляться, и он медленно опустился на кровать.

Впервые его взгляд задержался на Моране. Врач смотрел не мигая, пораженно наблюдая за тем, как почерневшие зрачки По сужались, словно облака после бури, открывая яркие края двух сине-серых ирисов. По уставился на него с внезапной напряженностью и осознанностью, проявившейся в первый раз.

- Так ли это? – спросил он. Выдохнув, По ослабил хватку руки врача. - Господи, помоги моей бедной душе. – Свет в его ярких сверкающих глазах потускнел, и исчез так же быстро, как и появился.

- Эдгар. - Позвал Моран.