И создание нового человека вы должны начать с самих себя.

Новый человек будет мистиком, поэтом, ученым — все вместе. Он не будет смотреть на жизнь сквозь старые

прогнившие разделения. Он будет мистиком, потому что он будет чувствовать присутствие Бога. Он будет поэтом, потому что он будет праздновать присутствие Бога. И он будет ученым, потому что будет изучать это присутствие с помо­щью научной методологии. Когда человек — все это вместе, тогда человек полон.

Это моя концепция святого человека.

Старый человек был репрессивным, агрессивным. Старый человек не мог не быть агрессивным, поскольку угнетение всегда приводит к агрессии. Новый человек будет спонтанным, твор­ческим.

Старый человек жил идеологиями. Новый человек будет жить не идеологиями, не моралью, но сознательно. Новый человек будет жить осознанно. Новый человек будет ответствен­ным — ответственным перед самим собой и перед существова­нием. Новый человек не будет морален в старом смысле; он будет аморален.

Новый человек принесет с собой новый мир. В настоящее время новый человек вынужден быть в меньшинстве — но он является носителем новой культуры, зерном. Помогите ему. С крыш домов возвестите о его появлении: это мое послание вам.

Новый человек открыт и честен. Он откровенно реален, действителен и самоочевиден. Он не будет лицемером. Он не будет жить во имя каких-то целей: он будет жить здесь и сейчас. Он будет знать только одно время — сейчас, и только одно место — здесь. И через это присутствие он узнает, что такое Бог.

Радуйтесь! Приходит новый человек, старое уходит. Старое уже на кресте, а новое — на горизонте. Радуйтесь! Я повторяю снова и снова: Радуйтесь!

Третий вопрос:

Почему вы учите людей наготе?

Сэр.

Вы видите здесь кого-нибудь голого? Вы что, совсем сле­пой? Я учу правде — а правда не может не быть голой. Правда не может прятаться. Я не учу наготе: безусловно, я учу обнажать души. И ваша одежда иногда становится помехой; она прикры­вает, она становится защитой.

Изредка, когда позволяют обстоятельства и ваша нагота никого не смущает, будьте нагими. Я не призываю вас ходить голыми на рынок, но если у вас появилась возможность, и если вы можете побыть обнаженными на солнце, на ветру или под дождем, будьте. Просто сбросив одежду, вы испытаете потряса­ющее освобождение, потому что одежда — это представитель вашей цивилизованности, вашей обусловленности.

Ваша одежда — не только одежда: она скрывает вас от чужих глаз. И очень полезно иногда побыть с птицами, с животными, с деревьями так же, как они — совершенно нагими. Я не призываю вас ходить голым в офис или сидеть голым в вашем магазине. Но я определенно говорю вам, что если вы хотя бы изредка не можете быть нагим и естественным, вы упустите нечто, безмерно ценное.

Однако почему у вас возник этот вопрос? Вам следовало бы спросить Бога, почему он создал людей нагими. Он не послал вас в одежде. Он до сих пор не заучил, что человек боится быть голым.

Мисс Винкльтроп-Берсговичок была приятой пожилой дамой, но замужество обошло ее стороной, и она жила одна; если не считать ее друзей — рыбок. Они плескались, шелестели и поблескивали меж водорослей и камней в водоемчиках и бассейнах по всему дому. Даже ванну обжили сотни ее изящных друзей.

Однажды приходской священник зашел навестить ее и, увидев столь экзотичную ванну, воскликнул: «Но, мисс Винкльтроп, что вы делаете, когда хотите принять ванну»? Она слегка покраснела и ответила: «Ах, викарий, все в порядке. Я завязываю им глаза».

Я слышал об одной монахине, которая обычно принимала ванну в одежде. Кто-то спросил у нее: «Что с вами?» Она ответила: «Ничего особенного. Я слышала, что Бог смотрит на нас все время — куда бы мы ни направлялись; а я не могу быть голой перед Богом».

Что в вас так уродливо, если вы не можете быть голыми даже перед Богом?

Но, пожалуйста, поймите меня правильно. Я не призываю вам ходить голым двадцать четыре часа в сутки; это было бы крайностью. Махавира делал это — сорок лет он ходил голым двадцать четыре часа в сутки. Я не учу вас такому экстремизму — когда холодно, не ходите голым. И когда вы находитесь в обществе, которое уважает одежду, не ходите голым. Но я не призываю вас принимать ванну одетым — это другая крайность.

Я учу простоте, и я учу золотой середине. Но вы, должно быть, что-то слышали. Должно быть, вы видели фотографии обнаженных людей в ашраме. Некоторые люди приходят сюда и приглядываются ко всему... особенно индийцы, поскольку они очень интересуются обнаженным телом. Они никогда не видели — они бедные люди — они не видели красоты обнаженного тела, прекрасных очертаний обнаженного тела. Они слишком озабо­чены. Они приходят сюда, они приглядываются ко всему вокруг и чувствуют легкое разочарование, так как нигде не видно никаких голых тел.

Должно быть, вы пришли с этой идеей. Да, нагота исполь­зуется иногда в группах терапии, потому что группы терапии занимаются полным уничтожением вашего ханжества. А отбра­сывание одежды — это большой шаг к отбрасыванию вашего ханжества. Отбрасывание одежды — это большой шаг в сторону приятия вашего тела таким, как оно есть.