Большинство больно. И это большинство подавляюще. Оно распинает Иисуса, оно отравляет Сократа, оно убивает Мансура.

Гуманоид — это тот, кто не может желать сам, кто всегда полагается на авторитеты, кто всегда нуждается в том, чтобы кто-нибудь другой сказал ему, что делать, он готов подчиняться: он совсем не готов выбирать. Это то, чего от вас хочет Пифагор и все великие мастера в мире: Выбирайте, проявляйте волю, будьте светом самому себе.

Гуманоид не может проявлять свою волю, потому что он никогда не учился этому. Вот почему, Рашид, ты говоришь:

В этот момент, прямо здесь, я мог бы испить тебя, разделить твою Буддоподобность. Но я не делаю этого.

Поскольку ты не умеешь проявлять свою собственную волю, постольку не может быть твоего собственного выбора. Ты стал крайне зависимым. Гуманоид не может проявлять свою волю, потому что его никогда не учили этому. Неспособность желать — не генетическая особенность. Это ни в малейшей степени не врожденная неспособность; скорее, это приобретенная неспо­собность.

Вы родились, чтобы видеть Бога, вы были способны. Каж­дый ребенок может видеть Бога, общаться с существованием — но мы препятствуем ему. Мало-помалу все двери закрываются. Постепенно он приобретает некую неспособность, некую импо­тенцию. А потом, даже когда он видит, что двери тюрьмы открыты, он не может выйти, он цепляется за решетки.

Это похоже на попугая, который так долго жил в клетке, что забыл, что у него есть крылья. Оставьте дверь открытой... он не вылетит. Если вы попытаетесь выгнать его наружу, он будет цепляться за решетку.

Вот что происходит с тобой, Рашид. Это твоя приобретенная неспособность. В частности эта неспособность означает, что раннее воспитание и образование человека или не способство­вали, или вообще не давали возможности для проявления его активной воли.

Родители не позволяют ребенку проявлять волю. Затем учителя, и эти учителя наняты родителями и обществом. Они на службе у прошлого. Вся система образования служит прошлому, она не служит вам — помните это. С детского сада до колледжа, все учителя и профессора — на службе у прошлого; они для того, чтобы поддерживать прошлое. Они — не для вас, они — не для того, чтобы помочь вам, они для того, чтобы сделать вас обусловленными.

А затем священник и политики... все они стараются сделать вас обусловленным. Никто не хочет, чтобы вы были свободным человеком, все хотят, чтобы вы были рабом — поскольку, чем больше вы раб, тем легче вас эксплуатировать. Лидеру всегда нужны последователи. Где он найдет последователей? Если люди — не рабы и не нуждаются постоянно в ком-то, кто доминирует над ними, где он найдет последователей?

И глупые политики господствуют над миллионами людей. Единственная причина заключается в том, что миллионы людей низведены до такого психологического рабства, что не могут жить самостоятельно. Даже если они должны идти за слепым, это лучше, чем быть одиноким. Они стали баранами — они больше не люди, они больше не человеческие существа. Гуманоид — это баран, гуманоид — это стадное животное.

Вы видели идущих баранов? Прижимающихся друг к другу, держащихся стадом? Все боятся. Основная обусловленность гуманоида — это обусловленность страха. С самого начала вы были отравлены страхом — всеми видами страха. Боязнь ада, боязнь неприличного, боязнь быть неудачником в мире... страхи, страхи и страхи.

А если вы следуете за вождями, за священниками, за педа­гогами — тогда вам будут обещаны все виды приманок. Вам пообещают всевозможные награды — и в этом веке, и в будущем.

Гуманоид просто показывает, что в годы формирования личности он был приучен к тому, что кто-то другой определял его планы, направления и цели. Кто-то направлял его волю и делал это настолько эффективно и убедительно, что он никогда не учился делать это сам. Гуманоид — это человеческое суще­ство, которое было намеренно лишено данного ему при рожде­нии, Богом права на все человеческие возможности. И теперь этот субъект проведет остаток своей жизни, нуждающимся в тиране, ищущим тирана гуманоидом — если он не попадет в поле Будды и не пробудится от своего сна.

Это пробуждение есть сатори, это пробуждение есть самадхи, это пробуждение есть просветление. Мастер не может дать вам то, чего у вас нет. Мастер просто удаляет из вас условности и делает вас одиноким — таким, каким вы родились. Он снова делает вас ребенком: в этом — все назначение мастера.

Но это не может обмануть тебя, Рашид. Тебе потребуется достаточно смелости, чтобы отбросить условности. Потребуется большое мужество. Но ты уже показал свою смелость, став саньясином. Ты уже показал смелость, находясь здесь в моем присутствии, находясь со мной.

Еще совсем немного... И однажды, начав отбрасывать свою обусловленность, ты осознаешь, что у тебя есть крылья. И эти крылья смогут принести тебя к окончательной реальности: полет одинокого, к одинокому. Но вы можете отправиться туда только как невинное существо — необусловленное, полностью разотождествленное с прошлым.

Я знаю, что ты можешь испить меня сейчас. Никто тебе не мешает. Я приглашаю тебя. И вся обстановка благоприятна.

И все же ты говоришь: Я не делаю этого. День за днем я не делаю этого.