Иван Алексеевич Бунин. 1895.

Поздний час. Корабль и тих и темен,

Слабо плещут волны за кормой.

Звездный свет да океан зеркальный –

Царство этой ночи неземной.

 

В царстве безграничного молчанья,

В тишине глубокой сторожат

Час полночный звезды над морями

И в морях таинственно дрожат.

 

Южный Крест, загадочный и кроткий,

В душу льет свой нежный свет ночной –

И душа исполнена предвечной

Красоты и правды неземной.

 

 

Море.

Коктебель.

1853.

 

 

Айвазовский — виртуоз кисти, постигший все тонкости изображения марин и достигший вершин славы. Его шедевры украшают лучшие собрания мира и являются гордостью нашей отечественной школы живописи. Художник, создавший этот поток шедевров, обязан не только своему таланту и трудолюбию. Прежде всего создание мира его образов определено родиной - Феодосией, где с детства он привык видеть и научился любить море. В Феодосии он провел лучшие годы своей жизни.

«Перед ним родное Черное море. В тишину весеннего полдня врывается рокот прибоя. Вспененное, яростное море гонит седые валы, и они с ревом вздымаются и рассыпаются у прибрежных камней. Только крик чаек, грохот и стоны суровой стихии вспугивают разомлевшую от майского зноя тишину... Художник как зачарованный глядит на ярчайшую гамму красок, рожденную весной, морем и солнцем. Он весь, весь до конца отдается этой вечной музыке, повторяющейся из года в год миллионы лет» (из рассказа И.B. Долгополова). Айвазовский посещает Ялту, Гурзуф и другие местародного Крыма. В 1853 году он пишет одну из выразительных и совершенных картин Море. Коктебель. Она создана в тех же лучших романтических традициях, что и картина Девятый вал. Действие происходит в Коктебельской бухте (Гурзуф).

Справа, вдали уступами возвышается овеянный легендами Кара-Даг, большую часть холста занимает высокое небо и взволнованное море. Картина залита яркими лучами заходящего солнца. Небо кажется легким, воздух прозрачным и влажным. Волны, чередой набегающие на берег, виртуозно прописаны лессировками. Романтический строй произведения усиливают борющийся с волнами корабль, трепещущий на ветру красный вымпел и серп зарождающегося на небе месяца. В этой картине художник достиг подлинного мастерства и большой артистичности в манере исполнения.

 

 

Морской вид. 1867.

 

 

Море всегда имело огромную притягательную силу для художников. Нет ни одного русского живописца, который, побывав у моря, не пытался бы изобразить его. У одних это были эпизодические этюды, не связанные с основным ходом развития их искусства, другие время от времени возвращались к этой теме, уделяя значительное место изображению моря в своих картинах. Среди художников русской школы только Айвазовский целиком отдал свой большой талант маринистической живописи. От природы он был наделен блестящим дарованием, быстро развившимся благодаря счастливо сложившимся обстоятельствам и благодаря среде, в какой протекли его детство и юность.

У Айвазовского был длительный творческий опыт, и поэтому, когда он писал свои картины, на его пути не вставали трудности технического порядка, и его живописные образы возникали на холсте во всей цельности и свежести первоначального художественного замысла.

Для него не было секретов в том, как писать, каким приемом передать движение волны, ее прозрачность, как изобразить легкую, разбегающуюся сеть спадающей пены на изгибах волн. Он прекрасно умел передать раскат волны на песчаном берегу, чтобы зритель увидел прибрежный песок, просвечивающий сквозь пенистую воду. Он знал множество приемов для изображения волн, разбивающихся о прибрежные скалы.

Наконец, он глубоко постиг различные состояния воздушной среды, движение облаков и туч. Все это помогло ему блестяще воплощать свои живописные замыслы и создавать яркие, артистически выполненные произведения.