Работа с детьми вмешательства в различной среде

Элизабет Шогенси, Эми Мэттьюс

государственный университет

Большой Долины

Лизе Мартинес — 9 лет, она учится в 4-м классе. Школьная медсестра предложила родителям пока­зать ее психологу. Мать говорит, что Лиза просто не желает ходить в школу. Если родители заставляют ее туда пойти, то Лиза вынуждена уходить с уроков по­раньше: она начинает жаловаться на тошноту и заяв­ляет, что ее вот-вот вырвет. Ранее психолог обследо­вал Лизу и нашел у нее отставание в учебе: уровень Лизы соответствовал 3-му классу. Учительница 4-го класса сообщила, что Лиза сильно отстала в учебе из-за частых пропусков. Миссис Мартинес рассказала, что кроме нежелания ходить в школу у Лизы имеют­ся и другие проблемы: девочка отказывается делать то, что ей говорят, дерется с сестрой и в поисках вни­мания ведет себя неподобающим образом. После пол­ного обследования Лизы и ее семьи стало ясно, что проблемы выходят за рамки обычного детского не­послушания и связаны с более сложным комплексом внутрисемейных интеракций. У матери Лизы быва­ли периоды депрессии, и она справлялась со стрессом посредством соматической симптоматики — голов­ных болей и утомляемости. Супружеская жизнь мис­тера и миссис Мартинес изобиловала конфликтами по поводу воспитания детей, напряженными отноше­ниями с родственниками, финансовым стрессом и культурно-ролевыми проблемами (Лиза — смешанно­го этнического происхождения: она дочь латиноаме­риканца и белой). Родители также борются за конт­роль над поведением своей младшей дочери, которой поставили диагноз дефицита внимания с гиперактив­ностью (ДВСГ) (в отечественной традиции это рас­стройство называют минимальной мозговой дисфун­кцией (ММД). — Прим. ред.).

План лечения для семьи Мартинес нельзя было свести к простой работе над нежеланием Лизы учить­ся и ее непокорным поведением. К моменту встречи семьи с психологом было очевидно, что многие пат­терны поведения Лизы связаны с другими семейны­ми проблемами. Так, складывалось впечатление, что Лиза имитирует материнские способы преодоления стресса, вызывая у себя соматические симптомы, чтобы уклониться от школы. Лиза, в свою очередь, моделировала яростные конфликты между родите­лями (крики, требования и плач) в своих отношени­ях с сестрой. Вмешательство, разработанное для Лизы и ее семьи, подразумевало сочетание родитель­ского тренинга и семейной терапии с целью научить родителей некоторым навыкам, которые повысили бы их уверенность в себе как родителях, а также с целью модифицировать негативные паттерны семен­ных интеракций, развивавшиеся годами. К счастью в городе имелись недорогие, а то и вовсе бесплатные службы, и психолог порекомендовал мистеру и мис­сис Мартинес обратиться за супружеской терапией, чтобы разобраться в их чрезвычайно конфликтных отношениях и научиться лучше справляться с фи­нансовыми невзгодами. Так как мистер Мартннес был латиноамериканцем и в семье возникали конф­ликты по поводу этнических различий, пара согла­силась обратиться к супружескому терапевту, осведомленному в латиноамериканской культуре и сензитивному к ней. Психолог направил миссис Мартинес к психиатру для оценки уровня депрессии и необ­ходимости лечения. Что касается школьных про­блем Лизы, то психолог, постоянно консультируясь с учительницей, составил для Лизы, учительницы и родителей поведенческий план, выполнение ко­торого должно было сопровождаться регулярным мониторингом со стороны терапевта. При разработ­ке вмешательств был учтен текущий уровень раз­вития Лизы в сферах когнитивного, социального и эмоционального функционирования. Данный слу­чай показателен в плане проблемы координации действий многих служб, что часто требуется при работе с детьми и их семьями для гарантии эффек­тивного лечения.

Задача этой главы — показать, что дети, подрост­ки и их семьи имеют уникальные потребности в смысле психического здоровья и для обеспечения надлежащей психологической помощи для этой ча­сти населения необходима специальная подготовка (Wohlford, 1990). Одним крупным препятствием к предоставлению более многочисленных и лучших услуг для этой группы является относительная не­хватка профессионалов, имеющих такую подготов­ку (Roberts et al., 1998; Thomas & Holzer, 1999). Не­хватка профессионалов, занимающихся охраной психического здоровья детей, усугубляется несоот­ветствием между зонами сосредоточения професси­оналов (районы с малым процентом детей, прожи­вающих в бедности) и регионами, где живут дети, наиболее нуждающиеся в их услугах.

Главу открывает проблема определения нормаль­ности и отклонений от нормы у детей и подростков, а также необходимости вмешательства для этой по­пуляции. Следом идет обсуждение особых соображе­ний, связанных с оказанием психологических и пси­хиатрических услуг подросткам и детям. Затем мы рассмотрим, что из этого следует для профессио­нальных ролей психологов и какое образование не­обходимо для подготовки к этим ролям, а также во­просы согласованного совместного оказания услуг.