Не мог бы он? Джулиан прижал ее к себе и повалил на мягкую траву.

Он понял, что погиб. Сладкий вкус ее губ сводил с ума, аромат тела окутывал и кружил голову.

Джулиан провел рукой по ее спине, нащупал мягкое выпуклое место и сильнее прижал к себе.

Он не должен этого делать. Только не здесь. Однако тело отказывалось ему повиноваться. Он был весь во власти непреодолимого желания. Может быть... Нет, он не должен позволять себе потерять голову.

Но она сама позвала его, чуть приподняв бедра. Он ждал от нее именно этого. Здесь и сейчас.

Застонав, он скользнул рукой под юбки, почувствовав жар ее плоти.

Ты... ты не мог бы поцеловать меня снова?

Она сама просила его! При этом она выглядела так по-детски невинно. Господи, что она с ним делает? Джулиан мечтал сорвать с нее одежду и насладиться ее телом, но вместо этого сел и взял рубашку.

— Хватит, — сказал он немного резко, стараясь не смотреть на Кристи. Сделав усилие над собой, Джулиан поднялся. — Прикройся.

Она лежала на траве, раскрасневшись от его ласк, и выглядела невероятно соблазнительно. Но она его жена и заслуживает большего, нежели быстрый секс на берегу реки.

— Извини... прости меня. Больше этого не повторится.

— Не повторится что? — Джулиан старался не смотреть на нее.

— Этого. Я хотела сказать...

Он резко повернулся к ней:

— Кристи.

На ее глаза навернулись слезы. Как он мог быть таким бесчувственным. Джулиан понял, что обязан ее успокоить.

— Кристи, милая, все хорошо. Ты меня извини. Я не хотел заходить так далеко. Тебе не стоит пугаться. Просто я очень хочу тебя.

Кристи подняла глаза.

— Ты меня хочешь?

Джулиан кивнул, боясь, что голос может дрогнуть и выдать его нервное состояние.

— Тогда почему ты остановился?

Почему? Самое лучшее сказать правду.

— Потому что ты сама не понимаешь, что делаешь.

Она сводит его с ума.

— Я все понимаю, но... как же мне понять... что тебе приятно, и... и как мне себя вести? — Ее щеки покрылись румянцем.

— Что?

Он все же сохранил способность размышлять здраво.

— Кристи, пойми, я остановился не потому, что ты... мы...

Черт! Он сам готов сгореть от стыда.

— Мне было очень приятно, — сказал Джулиан, — но через мгновение я бы не смог сдержаться и овладел тобой прямо здесь.

Возможно, ему бы понадобилось чуть больше времени, чтобы снять бриджи.

— Значит, ты не против того... что мне тоже нравится...

Когда она смущенно опустила глаза, Джулиану показалось, что начал кое-что понимать.

— Кристи, я счастлив, что тебе приятно.

Она смотрела на него широко распахнутыми глазами.

Они сидели и молчали, прислушиваясь к шорохам летнего луга и думая каждый о своем.

— Но ты сказал сегодня утром... и я... что это худшее место... Это не так?

Джулиан задумался. Сегодня утром он сказал ей, что она сама должна решить, когда они вновь проведут ночь вместе. Что еще за худшее место?

— Для чего худшее место, Кристи?

Она смотрела с недоумением.

— Я могу сказать?

— Конечно. Доверься мне. Так для чего?

— Самое плохое место для... — Она растерянно заморгала, не в силах подобрать слова.

— Для того, чтобы заняться любовью? — Джулиан коснулся ее волос и потянулся к ее губам.

Заняться любовью. Он раньше никогда не употреблял таких слов. Ни с одной из своих женщин. Это всегда был секс. Только не теперь. Не с Кристи.

— Только, — робко сказала она, — только это совсем не то... что ты ожидал от жены, верно?

Джулиан стянул рубашку через голову и отбросил в сторону.

— Нет. — Он нежно опустил ее на землю. — Но должен признать, что мне очень повезло жениться на женщине, которая хочет соблазнить меня на берегу реки.

— И ты ничего не имеешь против? Даже несмотря на то, что я твоя жена, а не...

Пардон, мадам?

— ...а не любовница?

Жена, а не любовница?

Эти слова потрясли его до глубины души. Он вспомнил, как цинично рассуждал о роли жены и хозяйки дома, настаивая на том, что страсть — постыдная вещь для приличной женщины. Такой жены он бы не желал.

— Единственное, о чем я жалею, — Джулиан склонился над ней, — что так глупо рассуждал об этом раньше. В этом и есть причина нашей отчужденности? Ты боялась, что я буду осуждать тебя?

— Да, — еле слышно прошептала Кристи.

Джулиан поцеловал ее. Это было единственное, что он мог сделать.

— Ты была не права, — пробормотал он.

Увлеченная поцелуем, Кристи не чувствовала, как жадные руки расстегнули лиф ее платья, тонкая муслиновая ткань сползла с плеч. Она внезапно очнулась и покраснела. Однако было уже поздно. Его горячее дыхание обжигало шею и щеки.

— Джулиан...

Она обвила его руками.

— Ты хочешь, чтобы я остановился?

— Нет. О нет.