Глава 4. Поиски ответов продолжаются

– Здесь вообще ничего нет, – жаловалась Гермиона тем же вечером. Она покрутила в руках стакан с огневиски и сделала еще один глоток.

– Гермиона, знаю, ты думаешь, что я ничего не понимаю, но что ты хочешь от меня, если даже ничего не объяснила? Что я должен в таком случае понимать? – спросил Рон.

– Ну в самом деле, – взорвалась подруга. – Что непонятного в слове «Невыразимец»?

Рон примирительно поднял руки.

– Ладно, ладно. Просто ты уже раз пятьдесят пожаловалась на то, что не можешь что-то найти. Звучит, как если бы ты хотела получить помощь.

Гермиона изучала содержимое своего стакана. Да, она хотела. Хотя вряд ли друг горел желанием помочь, особенно согласись она все объяснить. Кроме того Рон, вероятно, поймет, что от него что-то скрывают и не только из-за ее работы. Даже если Гермиона решится нарушить тайну личной жизни Северуса, как можно рассказать о таком! Они расстались еще до окончания войны, но Рон до сих пор остро реагировал на все, что связано с мужчинами в ее жизни, и от этой новости точно слетит с катушек.

– Допустим, – осторожно начала она, – кто-то, с кем ты знаком, попал под действие ужасного проклятья. Скажем так, оно имеет замедленное действие, потому как тот, кто его накладывал, давно мертв, и нет возможности снять проклятье. Хотя он и не стал бы.

– Понятно.

– Ты можешь решить, что должны быть другие способы снять его, но ни в одной книге, хоть отдаленно связанной с проклятьями, помещенными друг в друга, нет ни слова о каком-то триггере, активирующем действие.

– Миона, ты всего полдня над этим работала. Откуда такая уверенность, что нигде ничего нет?

– Ничего, что я могла… – Она замолчала и с подозрением на него посмотрела. – Почему ты решил, что я начала заниматься исследованием только сегодня?

– Ты же говоришь о Снейпе, верно? – тихо сказал Рон, предварительно удостоверившись, что их никто не может слышать.

– С чего ты взял? – прошипела Гермиона.

– Обморок ни с того ни с сего, если верить рассказу аврора Дивижена, – ответил он. – Это дело не в юрисдикции Отдела Тайн, не так ли?

Гермиона застонала. Всего несколько вещей могли привести Снейпа в бешенство вернее, чем слухи и сплетни о нем, и разве это не делает случай еще более любопытным для окружающих?

– Так почему ты работаешь над этим?

– Ну-у, – протянула она. – Это не совсем верно. Просто, кажется, никто другой не намерен этим заниматься.

Рон закатил глаза.

– Разве не ты обвиняла Гарри в мании «спасать людей»?

– Да, но…

– Ведь есть специалисты по работе с проклятьями?

– Да, но…

– И разве не он доводил тебя до слез?

– Это было только один раз…

– Так почему ты это делаешь?

Потому что чувствовала себя ответственной за случившееся? Потому что целители понятия не имеют, с чем столкнулись, и никогда не поймут, ведь Снейп не объяснит им, что и почему его убивает? Потому что без его помощи жертва Гарри оказалась бы напрасной?

О последнем Рон мог догадаться и сам. Что он и сделал.

– Все равно я не могу тебе всего рассказать, – начала Гермиона.

– Но очевидно, что это как-то связано с Во-олдемортом, – прервал ее Рон, лишь слегка заикнувшись. – Если ты ничего не нашла в жутких министерских архивах по темным искусствам, почему бы тебе не найти другого бывшего Пожирателя Смерти?

Гермиона потрясенно уставилась на него.

– Тебе нужно использовать все доступные средства, – рассуждал Рон. – То есть, это ведь важно для тебя, так?

– Да, – тихо ответила она, почувствовав, как внутри что-то екнуло – может, это было чувство вины, а может, просто слишком много огневиски на пустой желудок.

– Ты же продолжаешь с ним общаться, я прав?

– Э-э, да…

– У него должна найтись некоторая информация. Вы оба всегда слишком любили библиотеки.

– Истинная правда, – признала Гермиона. Сделав глубокий вдох, она расправила плечи и озвучила свое решение: – Я сегодня же пошлю сову Виктору.

~*~

Когда на другой день его разбудили для очередного приема бесполезных зелий и бессмысленных попыток снять проклятье, он не удивился, обнаружив Гермиону Грейнджер. Что удивило его, так это ее молчание, продлившееся вплоть до того момента, пока целители не закончили и не вышли, оставив пациента в относительном покое.

– Какого дьявола вы здесь делаете, ми… Гермиона? Неужели никто не способен понять мое желание вернуться домой и там умереть?

– Я здесь, чтобы забрать вас, – ответила она, – но не домой.

– И какую новую пытку вы для меня выдумали в лучших традициях гриффиндорской глупости? – осклабился Снейп. Голос его значительно окреп по сравнению с предыдущим днем.

– Если уж вы вспомнили о факультетах, должна заметить, что предполагается, будто слизеринцы в первую очередь пекутся о собственной шкуре, – не осталась в долгу Гермиона.

– Однако мы не замечены в участии в безнадежных мероприятиях.

– По крайней мере, хоть чем-то вам помогли. Вчера вы на себя не были похожи. Может, вам дали эликсир сарказма?

– Нет, то, что мне дали, должно лишь отсрочить неизбежное.

Хорошо хоть его избавили от этого ужасного кашля.

Гермиона картинно закатила глаза, затем прямо посмотрела на Снейпа. Очевидно, что бы ни было у нее на уме, она твердо решила добиться своего.

– Мы отправляемся в Болгарию.

– И с чего бы мне хотеть совершить столь идиотский поступок, даже если самонадеянно предположить, что я переживу путешествие?

– Виктор считает, что в его библиотеке найдется то, что может помочь.

Виктор? А, Крам. Студент Игоря. Это было… возможно. Северус поспешил затоптать огонек надежды, что разожгли ее слова.

– Почему он просто не одолжит их вам и не пришлет с совой? – презрительно осведомился Снейп.

– Потому что они незаконны в Британии, и мне бы хотелось продолжить работать на прежнем месте и жить где-то подальше от Азкабана, когда все закончится. К тому же, некоторые экземпляры очень древние и, вероятно, имеют меньше шансов пережить путешествие, чем вы.

– И зачем вы тащите меня с собой?

Она посмотрела на него так, словно ему вдруг захотелось отведать салат из наперстянки на обед. Хотя, если подумать, это бы все упростило.

– Северус, как ты считаешь, сколько тебе осталось?

– Три дня, – ответил он. – Четыре, максимум. Проклятье рассчитано на неделю мучений до окончательной смерти.

Гермиона слегка побледнела, но продолжила.

– Именно поэтому ты должен поехать со мной. Как только мы поймем, что нам нужно, придется действовать немедленно.

Кажется, с ней было бесполезно спорить. И если по правде, ее решимость оказалась опасно заразительной. Снейп сцепил зубы и безустанно напоминал себе, что эта авантюра скорее всего окажется безрезультатной, а тем временем Гермиона объясняла, каким образом они портключами доберутся до места.