Перед тем, как сжечь мою квартиру, уголовники несколько часов по телефону угрожали мне и спрашивали - где я нахожусь. О пожаре мне сообщил по телефону Арсенькин и участковый Первомайской полиции.

Утром 4 февраля я пришёл на место пожара и обратился в Первомайскую полицию с заявлением. Оказалось, что у них не зарегистрирован поджог, хотя полиция находится в 50 метрах! Заявление они моё не приняли и заставили написать всего лишь несколько слов на каком-то стандартном бланке.

Февраля к Арсенькину в квартиру ворвались двое бугаёв с пистолетами

И наполненным шприцем. Они стали угрожать Арсенькину, требовать ключи от моей квартиры, спрашивали – где я храню документы на квартиру и свой паспорт. Стали совать Арсенькину шприц и предлагать ему за 500 тысяч рублей сделать мне укол. Арсенькин отказался и позвонил мне.

Я отправил заявление в администрацию президента РФ и вот какие ответы я получил: «Ваше обращение на имя Президента РФ направлено в Министерство внутренних дел РФ в целях объективного и всестороннего рассмотрения…» Главный советник департамента письменных обращений Т. Овчинникова

«Ваше обращение оставлено без рассмотрения, поскольку в нём содержатся нецензурные и оскорбительные выражения» - Заместитель руководителя отдела процессуального контроля подполковник юстиции Н.А. Гусева.

«ФАКТЫ НЕ ПОДТВЕДИЛИСЬ» - Заместитель начальника УМВД Приморского края Д.Н. Бублик.

Мне стало известно, что ублюдки, которые сожги мою квартиру и пытаются меня убить, являются сотрудниками полиции и действовали, вероятно, по приказу БУБЛИКА!. Они продолжают регулярно мне звонить и угрожать убийством.

Угрожают мне и с Первомайской полиции, требуют, чтобы я явился на беседу в полицию ВЕЧЕРОМ и не по поводу сожжённой квартиры, а по поводу жалоб на полицию: тел. +79992964639. Если не явлюсь - объявят в розыск и убьют при задержании…!!!

Господин Путин, только что, в начале марта 2017 Вы уволили руководителя Следственного комитета Приморского края генерала с формулировкой: «за связь с организованной преступностью».

С такой же формулировкой 2 года назад Вы уволили ДЕВЯТЬ прокуроров Приморского края и председателя суда Ленинского района Владивостока Кучинского, который 20 лет «по просьбам трудящихся» вышвыривал с выборов народных кандидатов в мэры-губернаторы-депутаты, и за взятки по приказам паханов проходили во власть уголовники.

Народ, конечно, СОВСЕМ не понимает, почему ПРЕСТУПНИКОВ лишь увольняют, а не сажают, оставляя им награбленные миллиарды, а то и переводят с повышением в Москву (уголовники губернаторы Ноздротенко, Дарькин-Шепелявый), где они продолжают грабить и убивать.

Непонятно также, почему начальников-уголовников увольняют, а их многочисленные заместители продолжают оставаться на своих местах и убивают и грабят?

ВКРАТЦЕ ПЕРЕЧИСЛЯЮ ФАКТЫ ИЗ СВОЕЙ ЖИЗНИ И СМЕРТИ МОЕЙ МАМЫ, БРАТА И СОБСТВЕННОЙ.

1. 2013 год. Моя мама, Самойленко Галина Пахомовна, заслуженный учитель СССР (математика), ветеран труда войны, автор книг гениальных стихов и прозы, на очень больных ногах (с полнейшим отсутствием малейшей медицины для пенсионеров) падает дома и сильно ударяется головой. Происходит резкое ухудшение здоровья. Вызванная из поликлиники № 6 врач Грязнова выписывает АСПИРИН!!! и уходит.

Ухудшение усиливается. ДВЕ недели пытаемся вызвать «скорую», но оказалось, что её отменил Ваш новый губернатор – Миклушевский.

Звоню начальнику департамента здравоохранения Приморского края Бубнову.

Отвечает с издевательским смехом автоответчик: «СПАСЕНИЕ УТОПАЮЩИХ - ДЕЛО РУК САМИХ УТОПАЮЩИХ»!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!!

В дальнейшем выяснилось, что Бубнов, очевидно, с губернатором Миклушевским, украли 500 миллионов (на сегодня это миллиард) федеральных рублей, выделенных на медицину Приморья. Построили за три копейки в одной из погибших деревень сарайчик, назвали его «фельдшерским акушерским пунктом», многократно разрекламировали этот «пункт» по холуйским телеканалам, а деньги вместе с Бубновым бесследно исчезли в зарубежных оффшорах!

В конце концов на частной скорой помощи удалось провезти маму по больницам Владивостока. Пять часов носилки с ней простояли в коридоре Дальзаводской больницы и, наконец, выяснилось, что она должна лечиться в «госпитале для ветеранов войн».

В этом «госпитале» не было ничего: ни рентгена, ни санитарок, ни питания. ТРУПАРНЯ!

Пять суток - без еды, маму продержали в реанимации, куда меня не пускали, потом перевели в ад жаркой без вентиляции и без малейшего ухода в палату, мне дали выписку: «здорова». На частной скорой я забрал её домой, через трое суток она умерла. От разрыва гематомы головного мозга. А операция-то простая, копеечная. И деньги были…