Художники-прерафаэлиты 1848-1898

Прерафаэлиты — направление в английской поэзии и живописи во второй половине XIX века, образовавшееся в начале 1850-х годов с целью борьбы против условностей викторианской эпохи, академических традиций и слепого подражания классическим образцам. Название «прерафаэлиты» должно было обозначать духовное родство с флорентийскими художниками эпохи раннего Возрождения, то есть художниками «до Рафаэля» и Микеланджело: Перуджино, Фра Анжелико, Джованни Беллини.

Самыми видными членами прерафаэлитского движения были: поэт и живописец Данте Габриэль Россетти, живописцы Уильям Холман Хант, Джон Эверетт Милле, Мэдокс Браун, Эдвард Бёрн-Джонс, Уильям Моррис, Артур Хьюз, УолтерКрейн, Джон Уильям Уотерхаус.

Основанное в 1848 году "Братство прерафаэлитов" по праву можно считать первым авангардным движением в Европе. Таинственные буквы "Р.К.В.", появившиеся на картинах молодых и никому не известных художников, привели в смятение английскую общественность - студенты лондонской Королевской Академии художеств хотели изменить не только принципы современного искусства, но и его роль в социальной жизни общества.

В эпоху промышленной революции возвышенные сюжеты и строгая академическая живопись в духе Рафаэля не пользовались успехом у представителей викторианского среднего класса, уступив место художественному китчу и сентиментальным сценам. Осознав кризис идеалов Высокого Возрождения, члены "Братства прерафаэлитов" обратились к итальянскому искусству XV столетия..

Молодые художники, основавшие "Братство прерафаэлитов", осознавали, что перед ними стояла непростая задача - воскресить религиозное искусство, не обращаясь при этом к идеально-условным образам католической алтарной картины. В отличие от мастеров Ренессанса основой для композиции прерафаэлитских картин служило не воображение, а наблюдения и лица, взятые из повседневной жизни. Члены "Братства" отвергали мягкие идеализированные формы, характерные для художников Высокого Возрождения, предпочитая динамичные линии и яркий, насыщенный колорит..

Ключевую роль в творчестве прерафаэлитов играют картины на исторические темы. Традиционно британцев не интересовали захватывающие героические сцены и идеализированные классические композиции, заполненные апатичными обнаженными моделями.

Прерафаэлиты отвергали классическую историю с присущими ей идеями образцовой добродетели, военной мощи и монархических достижений. Обратившись к литературным и историческим сюжетам, они в точности изображали костюмы и интерьер избранной эпохи, но одновременно усиливали жанровый аспект, сделав человеческие отношения основным мотивом композиции. Прежде чем наполнить картину людьми, художники тщательно выписывали все детали интерьера или пейзажа на дальнем плане, чтобы подчеркнуть непринужденную и реалистическую атмосферу вокруг центральной сцены. Стремясь создать правдоподобную композицию, они находили образцы костюмов и орнамента в иллюминированных манускриптах и исторических справочниках. Черты каждого персонажа - это педантично выписанное лицо модели, избранной из среды членов "Братства". Такой подход отрицал принятые условности высокого жанра, но усиливал эффект подлинности.

Молодые члены "Братства прерафаэлитов" жадно изучали труды Рёскина, посвященные наследию Тернера, однако их собственный стиль представляет собой неповторимый синтез пленэрной живописи, захватывающих шекспировских сюжетов и злободневных тем современного труда. В наиболее удачных произведениях детализированная композиция сочетается с мастерским изображением фигур и сложным замыслом, объединяющим все элементы в связное целое.

Вместе с тем прерафаэлиты были увлечены новейшими открытиями в сфере естественных наук, за которыми в середине столетия с большим интересом следило все британское общество. Художники продолжали соперничать с фотографией, которая одновременно дополняла созданные ими образы природы и побуждала их писать еще эмоциональнее, используя яркую, насыщенную палитру. Объединив фигуры и пейзаж в затейливую композицию, прерафаэлиты подчеркивали повествовательный элемент, взывая к чувствам зрителя и создавая настроение в картине. Так живопись охраняла свои границы.