Сарказм, насмешки, презрение

Если рассматривать общество в целом, то можно заметить, что презрение и насмешки доминируют в общении между людьми. Презрение направлено на объект ненависти, на то, что он думает, что делает, а также на его окружение. Презрение – это оружие слабого; это защита от нежелательных чувств. Человек прячется за иронической или шутливой маской.

Презрение и насмешки особенно часто направлены на женщин. В случае с сексуально извращенными людьми это выражается в отказе от секса с партнершей. Самовлюбленные извращенные люди вообще не считают женщин людьми и находят удовольствие в насмешках над ними. Потворство очевидцев только усугубляет этот процесс.

Извращенный человек высмеивает все и вся. Если он ведет себя так постоянно, это снимает с агрессора подозрения – это просто манера поведения, – но при этом он так или иначе создает неблагоприятную атмосферу и делает отношения с окружающими неискренними.

Зависть часто заставляет людей говорить колкости (правдивые, но обидные) и использовать клевету (ложь):

• красивую девушку, показывающуюся в обществе мужчины более старшего возраста, называют путаной;

• требовательная женщина становится сексуально неудовлетворенной;

• успех известной телевизионной ведущей объясняют тем, что она переспала со всеми мужчинами‑руководителями;

• преуспевающая коллега продвинулась по службе через постель.

Действительно, чаще всего именно женщины подвергаются подобным нападкам.

Подразумевается, что высказанные вслух насмешки имеют под собой основание. Следовательно, человек, высмеявший кого‑либо или что‑либо, имеет на это право, а значит, получает в лице собеседника союзника.

Этот прием может действовать прямо: «Неужели ты не знаешь, что…» – или косвенно: «Ты не видел, как он (она)…»

Нередко жертва буквально понимает критику извращенного человека и окружающих ее людей и в конце концов начинает верить, что эта критика оправданна.

Оскорбительные саркастические замечания воспринимаются как дань, которую нужно заплатить, чтобы сохранить отношения с обольстительным, но сложным партнером.

Чтобы держаться на плаву, извращенному человеку необходимо в чем‑то превосходить партнера. Для этого он наносит мелкие обиды, которые выводят жертву из состояния равновесия. Лучше делать это на публике, преувеличивая незначительные, а иногда и интимные факты, иногда взяв в союзники окружающих.

Намерения агрессора – привести партнера в замешательство. Жертва чувствует враждебность по отношению к себе, но ведь не исключается возможность того, что это просто шутка. Кажется, что извращенный человек просто дразнит жертву ее большим носом, плоской грудью, косноязычием и т. д., но в действительности он намеренно бьет в слабые места.

Агрессия осуществляется с помощью намеков и недомолвок так, что никогда нельзя сказать, в какой именно момент она началась и действительно ли это агрессия. Нападающий не компрометирует себя, часто он даже кардинально поворачивает ситуацию, указывая на агрессивность жертвы: «Если ты думаешь, что я проявляю агрессию по отношению к тебе, значит, ты сам агрессивен!»

Обиды, нанесенные с помощью всех этих неприятных замечаний, невозможно компенсировать проявлениями любезности. Боль, которую испытывает жертва от подобных колкостей, обращается партнером в насмешку.

В словесных нападках, насмешках, в цинизме есть доля игры: это удовольствие от полемики, удовольствие заставить противника защищаться. Самовлюбленные извращенные люди, как мы уже выяснили, любят вступать в дискуссии. Они способны отстаивать одну точку зрения сегодня, а завтра защищать противоположное мнение, просто чтобы возобновить спор или шокировать оппонента. Если реакция партнера недостаточно сильна, его можно слегка спровоцировать. Партнер, являющийся жертвой насилия, может слабо реагировать, поскольку склонен оправдывать агрессора или потому, что насилие происходит незаметно для него. Насильственное поведение, возникающее внезапно и неожиданно, может только спровоцировать ответный гнев, но постепенное внедрение такого поведения притупляет реакцию. Жертва замечает агрессивность общения, только когда оно стало уже почти привычным.

При разговоре самовлюбленный извращенный человек находит ту аудиторию, внимание которой он способен завоевать и которая к тому же не чувствительна к унижению, испытываемому жертвой. Нередко агрессор требует от окружающих поневоле участвовать в процессе разрушения.

Для того чтобы дестабилизировать противника, достаточно:

• высмеять его убеждения, политические пристрастия, вкусы;

• не обращаться непосредственно к нему;

• подтрунивать над ним при посторонних;

• опорочить его перед другими людьми;

• лишить его любой возможности выражать его мнение;

• обнародовать его слабые стороны;

• делать обидные намеки, никогда их не разъясняя;

• поставить под сомнение способность жертвы к здравым суждениям и принятию решений.

Парадокс

Сун Цзе учил: чтобы выиграть войну, нужно разделить вражескую армию перед тем, как начать сражение: «Старайтесь оказаться победителем, не вступая в битву… Еще до битвы они (предки) старались ослабить уверенность врага, унижая и оскорбляя его, подвергая тяжелым испытаниям крепость его сил. Соблазните всех его лучших воинов заманчивыми предложениями, подарками, обещаниями, подорвите его уверенность, толкая лучших офицеров на постыдные и подлые поступки, и не упустите возможности обнародовать их».

Когда человек испытывает на себе извращенную агрессию, его уверенность пытаются притупить, стараются заставить его сомневаться в своих мыслях и эмоциях. В результате жертва теряет свою самостоятельность. Она не может размышлять, понимать. Целью этого процесса является отрицание жертвы как личности, при этом парализуется ее воля, но делается это таким образом, чтобы избежать конфликта. Можно нападать на жертву, не боясь ее потерять, – она останется в распоряжении агрессора.

Такой эффект достигается двойным противоречием: на словах утверждается одно, а фактически делается другое. Парадоксальная речь состоит из четко сформулированного сообщения и намека, существование которого агрессор отрицает. Это очень эффективный прием дестабилизации противника.

Сама форма парадоксального сообщения призвана посеять сомнение в более или менее значительных фактах повседневной жизни. В конце концов уверенность партнера ослабевает и он уже не знает, кто прав, кто виноват. Достаточно, например, сказать, что ты согласен с предположением противника, доказав при этом мимикой, что это согласие лишь видимость.

Или сообщается какая‑то информация, которая тут же признается неверной, но жертва сомневается: «Хотел ли он это сказать или я все понимаю не так?» Если жертва озвучивает свои сомнения, к ней относятся как к параноику, который все понимает неправильно.

Чаще всего парадокс возникает из‑за несоответствия между сказанными словами и тоном, которым эти, слова были произнесены. Эта разница заставляет очевидцев диалога полностью ошибаться в его понимании.

Парадокс может также заставить противника почувствовать напряжение и враждебность по отношению к себе при том, что ничего особенного сказано не было. Это косвенная агрессия, при которой извращенный человек относится к противнику как к вещи. Агрессор может хлопать дверью, швыряться вещами, а потом отрицать любую агрессию.

Парадоксальная информация сбивает противника с толку. Жертва не может четко определить, что она испытывает, и поэтому склонна представлять свое поведение в искаженном виде или оправдываться.

Парадоксальные сообщения нелегко заметить.

Их цель – дестабилизировать противника, смутить его настолько, чтобы тот потерял контроль; заставить его испытывать противоречивые чувства. Жертву вводят в заблуждение, не преминув доказать ее неправоту. Как мы уже сказали, когда целью является приобретение доминирующего положения, конечным итогом всех манипуляций становится установление контроля над чувствами и поступками жертвы вплоть до того, что в конце концов она будет одобрять действия агрессора и потеряет чувство собственного достоинства.

В отличие от обычного конфликта, с самовлюбленным извращенным человеком не может быть настоящих ссор, следовательно, невозможно и примирение. Агрессор никогда не повышает голоса, а только демонстрирует враждебную холодность, которую затем отрицает, если ему на нее указывают. Противник начинает нервничать или плакать. В этом случае можно легко осмеять его гнев.

Даже в случаях явного конфликта настоящая причина раздора никогда не всплывает на поверхность, поскольку жертва о ней не догадывается. Жертва чувствует, что находится в стороне от конфликта, и копит обиды в себе. Как осознать то, о чем говорит интуиция, что подсказывают смутные впечатления, подсознательные чувства? Ведь нет никаких конкретных доказательств.

Такие дестабилизирующие методы может использовать каждый, но извращенные люди применяют их систематически, не возмещая моральный ущерб и не извиняясь.

Затрудняя общение с помощью парадоксальной информации, самовлюбленные извращенные люди исключают возможность адекватной реакции противника, поскольку последний не понимает сложившейся ситуации. Он тщетно пытается найти решение конфликта, которое в любом случае не подходит, и как бы он ни сопротивлялся, он не может избежать тревоги и депрессии.

В семейной паре такой тип общения соответствует внутренней связи и на некоторое время приводит к относительной стабильности. Когда целью является совместное существование, все, что может разъединить пару, отвергается обеими сторонами, и это вносит некую стабильность в отношения, хоть и ценой страданий. В других случаях жертве ничего не остается, как страдать в одиночку.

Извращенное общение часто состоит из хитроумных сообщений, которые не сразу кажутся агрессивными или деструктивными, потому что произносятся вперемешку с другими, вполне безобидными фразами. Очень часто они становятся понятны только тогда, когда тот, кому они предназначаются, выходит из подчинения.

Дементализация унижает человека и ущемляет его чувство собственного достоинства, а также распространяется на всех окружающих, которые не могут разобраться, кто как себя вел или кто что сказал. Через жертву, волю которой нужно парализовать, чтобы заставить молчать, смятение распространяется на всю ее семью, знакомых или профессиональное окружение.

Еще одно общее место – смещение чувства вины. В итоге виноватой чувствует себя только жертва: «Это я виноват!», а у самовлюбленного извращенного человека чувство вины проецируется на противника («Это его вина!»).