Дмитрий Быков (живой)кусок негативной статьи

Дмитрий Быков, не обладая ни политическими знаниями, ни политическим талантом, ни политической интуицией, весьма самоуверенно судит о российской политической истории и о политике в современной России. Вообще с историей Дмитрий Быков «на ты»: все о ней знает, включая и то, на кого поставит история в будущем. На митинге 24 декабря 2011 года на проспекте Сахарова он завершил свою речь словами: «История поставила на нас – и положила на них». Что поставила история – шкаф или клеймо, и что положила – начало, зубную щетку или что-то неприличное, он не уточнил. Быков смело судит обо всей (!) политической истории России как об истории «абсолютно тоталитарного сообщества» государства-церкви: «Мне кажется, Церковь и государство тут служат общему идеалу – государству-церкви, о котором писал поздний Достоевский и которое рисовалось Константину Леонтьеву. Это строго иерархическое, абсолютно тоталитарное сообщество, где репрессивная мощь государства служит утверждению догматов глубоко бесчеловечного, строго иерархизированного, антикультурного и антиинтеллектуального лжеучения. От христианства, конечно, это предельно далеко» (Новых людей уже много // Аргументы и факты, 2012, № 51. С. 11).

Если разобраться, тут, кроме эмоций и обличений, ничего нет. Во-первых, непонятно, как это идеал, о котором писали во второй половине XIX века поздний Достоевский и Константин Леонтьев, стал жизнью, да еще задолго до рождения Достоевского, и Леонтьева (ведь союз церкви и государства был на Руси и в России чуть ли не с X века, с крещения Руси). Во-вторых, да будет это известно многоумному, но часто весьма поверхностному Диме Быкову, поздний Достоевский и Константин Леонтьев во многом спорили и расходились как раз по поводу роли и Церкви, и государства в России. Если Достоевский ни о каком «сообществе» государства-церкви и близко не помышлял, то для Леонтьева единство монархии и церкви было не самоцелью, а необходимым условием развития и расцвета культуры.

В-третьих, такое впечатление, что Дмитрий Быков постоянно путает Россию с Израилем или с Саудовской Аравией. Вот в Израиле (и в древнем, вместе с Иудеей, и в современном) действительно существовало и существует «сообщество государство-церковь», да еще какое сообщество! И оно «от христианства, конечно, предельно далеко». То же самое относится и к Саудовской Аравии, где до сих пор правят потомки пророка Мухаммеда. Но Израиль и Саудовская Аравия, которые с точки зрения США являются образцами демократии, опять-таки не интересуют Дмитрия Быкова: его интересует только «абсолютно тоталитарная» Россия. Наконец, в-четвертых, тот, кто общался с нынешним либеральным сообществом, не может не видеть, что именно это сообщество является «абсолютно тоталитарным», то есть не желающим никого слушать, всегда уверенным в своей правоте, готовым разнести весь мир ради торжества идеалов свободы и демократии.

Или другое утверждение Быкова. «Сейчас многие склонны уважать себя за предков, за размеры страны, за историю, за ресурсы – словом, за вещи, в которых нет никакой личной заслуги. А уважать себя надо за то, что сделал из себя лично ты. Воспринимать себя не как данность, а как материал для обработки, как первую ступень для достижения сверхчеловечности (в высшем, конечно, смысле, в философском, а не фашизоидном)».

Вроде бы все правильно: уважать себя и страну нужно не за прошлое, а за настоящее, за то, что ты сделал сам. Но... минуточку! А что, я сам возник на пустом месте? Если мне не на что опереться в своей культуре, в своей истории, в своей семье (которая была и до меня), то что я смогу сделать сам? А значит, чтобы сделать что-то самому, нужно ощутить, понять, пропустить через себя опыт предшествующих поколений и связать его с нынешней уникальной ситуацией. Нужна преемственность, без которой каждый обречен начинать с нуля и заканчивать этим же нулем. Иного, как любили говорить советские либералы в конце 1980-х годов, не дано. И размеры страны, и ресурсы тут не только предмет гордости (хотя и это предмет уважения к своим предкам), но и огромная ответственность, то, чем нужно мудро распорядиться, а не «профукать».

А самому Дмитрию Быкову разве не все равно, как будут относиться к нему его собственные дети – наплевательски или с уважением, уважая при этом и себя? Кстати, с идеей «сверхчеловечности» Быков носится давно и всерьез. Но был такой философ Ницше, который тоже писал о сверхчеловеке совсем не в фашизоидном, а в высшем, философском смысле. Потом пришли другие люди, немецкие нацисты, и нашли идее Ницше о сверхчеловеке совсем другое употребление. А история Дмитрия Быкова, разумеется, ничему не учит. Вот только может и его, и других сурово наказать, как наказывала уже не раз, за невыученные уроки и за заигрывание со «сверхчеловечностью».

Еще лучше обстоят дела у Дмитрия Быкова с экономикой. Вот фирменный рецепт от Димы Быкова: «Поменять эту коллизию очень просто: создать класс профессионалов, сломать паразитарную экономику, в которой ориентиром для остальных является не тот, кто лучше всех придумал или произвел, а тот, кто больше всех потребил». Интересно, кто же создал эту самую «паразитарную экономику» и это самое «общество потребления», как не либеральные сотоварищи Дмитрия Быкова по оппозиции? И как насчет «паразитарности» американской экономики, которая печатает доллары, навязывает их всем странам и живет за счет всего остального мира?