Имелись ли офтальмологические проблемы в семье Николая I

У самого Николая I проблем со зрением в целом не было. По крайней мере, многочисленные мемуаристы, внимательно фиксировавшие малейшие особенности жизни императора, ни словом не упоминают о таких.

Однако, как свидетельствуют бухгалтерские книги, и у императора с возрастом эти сложности появились. То, что в декабре 1842 г. механику Шеделю «за две театральные трубки» было выплачено 129 руб., еще ни о чем не говорит.[1326] Однако с ноября 1852 г. начинают встречаться счета на разные суммы, выплаченные оптику Вестбергу: ноябрь 1852 г. – 15 руб.; апрель 1853 г. – 6 руб. 50 коп.; май 1853 г. – 5 руб.; сентябрь 1853 г. – 13 руб.; февраль 1854 г. – 22 руб.; сентябрь 1854 г. – 75 руб.[1327] Характер этих сумм и частота встречающихся счетов от оптика Вестберга, несомненно, свидетельствует, что и у Николая I в ноябре 1852 г. появились очки. Видимо, проблемы были связаны с пресбиопией,[1328] поскольку в конце 1852 г. императору исполнилось 56 лет. Однако ни в литературе, ни в музейных фондах не сохранилось никаких упоминаний об «офтальмологических» артефактах, связанных с Николаем I.

Серьезные проблемы со зрением имелись у супруги Николая I – императрицы Александры Федоровны. К концу жизни она почти ослепла. Об офтальмологических проблемах супруги Николай Павлович упоминает еще в январе 1824 г.: «у жены приступ в глазах, ложится, Рюль, дает ей капли, вернулись к себе, ей лучше, головная боль». А в сентябре 1824 г. в бухгалтерских книгах будущего императора появляется запись о том, что он, находясь в Пруссии, купил у механика Фризе «два лорнета по 6 прусских талеров».[1329] С большой долей уверенности можно предположить, что эти лорнеты были куплены для жены. Замечу, что тогда Николай Павлович много и с удовольствием ходил по магазинам. После 1825 г., когда начали оформляться императорские половины в Зимнем и других императорских резиденциях, первостепенное значение уделялось уровню освещенности в комнатах Александры Федоровны. После смерти Александры Федоровны ее «очки в золотой оправе в эмалевом футляре» отошли к дочери – великой княгине Марии Николаевне.[1330]

Довольно серьезные проблемы со зрением, явно носившие наследственный характер, выявились у некоторых из детей Николая I. Так, второй сын Николая I, великий князь Константин Николаевич, был близорук с детства. Младшая сестра, великая княгиня Ольга Николаевна, упоминает в мемуарах, что «Кости был близорук» настолько, что «дядя Михаил прозвал его Эзопом».[1331] Отмечу, что Константин Николаевич был лидером либеральной партии в окружении Александра II и соратником императора в осуществлении великих реформ. Возможно, этот либерализм в политических взглядах способствовал разрушению имиджевых канонов в доме Романовых. По крайней мере он первым из Романовых начал публично носить пенсне, монокль, а затем и очки. Это запечатлено на множестве официальных фотографий. Мемуаристы немедленно отметили, что «монокль в его глазу придавал физиономии его вызывательное выражение».[1332]

Пенсне

Карикатура на Константина Николаевича. 1870‑е гг.

Великий князь Константин Николаевич в пенсне

Великий князь Константин Николаевич в очках

Пенсне Константин Николаевич начал носить в 1860‑х гг., когда великие реформы Александра II уже изменили многое в жизни России. На этом великий князь не остановился и на одной из акварелей придворного художника М. Зичи, посвященной крещению в мае 1868 г. будущего Николая II, мы можем видеть великого князя Константина с очками на носу. Видимо, князь позволял себе надевать очки и при торжественных дворцовых церемониях «для своих». Сохранилась и фотография великого князя в очках. Примечательно, что на этой фотографии великий князь играет на виолончели. Это достаточно «энергичный» инструмент, и очки в этом случае были гораздо «надежнее» пенсне.