Луиза и Фредерика. 1 795—1 797 гг. Государственные музеи, Берлин.

*Мойры — в древнегрече­ской мифологии богини судьбы: Клото прядёт нить жизни, Лахесис распределяет судьбы, Атропос обрезает жизненную нить.

211

в 1794 г. в Берлине статуя генерала Ханса Иоахима фон Цитена, кото­рый изображён в глубокой задумчи­вости.

В Ростоке с 1819 г. стоит памят­ник герою наполеоновских войн генерал-фельдмаршалу Гебхарду Леберехту Блюхеру, главнокоманду­ющему прусской армией в битве при Ватерлоо. Кажется, что полково­дец в косматой бурке сейчас спустит­ся с пьедестала. Фон Шадов прекрас­но передал пылкий, решительный характер Генерала Вперёд — такое прозвище было у Блюхера.

Фон Шадов — автор целой га­лереи скульптурных портретов дея­телей немецкой культуры. В бюстах писателя Кристофа Мартина Виланда (1805 г.) и поэта Иоганна Вольфганга Гёте (1822—1823 гг.) скульптор добился удивительной глубины образов при предельно сдержанной манере: черты лишь намечены, но лица кажутся жи­выми.

Однако в некоторых своих ра­ботах фон Шадов слишком увлекал­ся натурализмом. Так, в группе «Лу­иза и Фредерика» (1795—1797 гг.), изображающей принцесс велико­го княжества Мекленбург-Стрелиц (ко времени завершения рабо­ты скульптора первая из сестёр стала прусской королевой), вир­туозно изваянные нежные фор­мы лиц и рук соседствуют с дроб­ными, чёткими линиями их одежд и причёсок. Есть в этих статуях что-то неправдоподобное, куколь­ное, сходное с позднеготической скульптурой.

Фон Шадов раньше других совре­менников почувствовал, что старые, традиционные формы ваяния начи­нают вырождаться.

 

ЖИВОПИСЬ ИСПАНИИ

После расцвета в XVII столетии испанская живопись переживала упадок. Её художники работали под влиянием итальянской и французской традиций, а их полотна были слабыми и подражательными.

Во второй половине XVIII в. в Испании произошли перемены. Король Карл III (1759—1788 гг.) из французской династии Бурбонов придерживал­ся прогрессивных для своего времени взглядов. Его советники, пытаясь пре­образовать страну в духе идей Просвещения, проводили реформы, ограни­чивавшие власть Церкви.

В это время сформировался талант Франсиско Гойи, одного из самых выдающихся художников в истории не только испанского, но и мирового искусства. В его работах как в зеркале отразились события, происходившие в стране на протяжении более чем пятидесяти лет, — правление безволь­ного короля Карла IV (1788—1808 гг.), вторжение войск Наполеона, наци­онально-освободительная война, первая испанская революция...

ФРАНСИСКО ГОЙЯ

(1746—1828)

Франсиско Хосе де Гойя-и-Лусиентес родился в селении Фуэндетодос близ города Сарагоса (на северо-востоке Испании) в семье ремеслен­ника — позолотчика алтарей. С че­тырнадцати до двадцати лет он обучался живописи в мастерской сарагосского художника Хосе Лусан-и-Мартинеса (1710—1785), а затем переехал в Мадрид. В 1765— 1774 гг. молодой художник жил в Италии, после чего вернулся в Сара­госу, где делал росписи в местных церквах и дворцах.

В 1775 г. Гойя поселился в Мадри­де. Получив заказ от Королевской шпалерной мануфактуры, он с 1776 по 1791 г. создавал картоны для шпалер, на которых изображал сце­ны из испанской жизни. «Зонтик» (1777 г.), «Мадридский рынок»

*Офорт (франц. eauforte — «азотная кислота») — вид гравюры, при котором рисунок процарапывается иглой в слое кислотоупорно­го лака, покрывающего ме­таллическую пластину. Про­царапанные места протравливаются кислотой, затем полученные углубле­ния заполняются краской и оттискиваются на бумагу.

**Шпалеры (от нем. Spaliег) — настенные ковры-кар­тины без ворса, вытканные ручным способом по красоч­ным картонам, созданным живописцами.

212

(1778 г.), «Продавец посуды» (1778 г.) и другие работы тех лет показывают пронизанный солнцем красочный мир, счастливый и естественный. Одновременно художник написал множество портретов. Даже выпол­няя официальные заказы (напри­мер, «Портрет маркизы Анны Понтехос», 1787 г.), ему удавалось создать яркий образ, передать самые харак­терные черты модели.

Во второй половине 80-х гг. Гойя был уже признанным мастером. Он стал заместителем директора отде­ления живописи мадридской Коро­левской академии Сан-Фернандо (академии искусств), художествен­ным руководителем Королевской шпалерной мануфактуры. В 1789 г. он получил звание придворного ху­дожника.

Однако блестящая карьера дли­лась недолго. В 1792 г. Гойю начали мучить сильнейшие головные боли, зрение у него ослабло, и он полно­стью оглох. С 90-х гг. начался новый этап его творчества. Весёлый и жиз­нерадостный живописец остался в прошлом, а его место занял страда­ющий, замкнувшийся в себе и в то же время зорко видящий чужое горе мастер.

Графическая серия «Капричос» (исп. «фантазия», «игра воображе­ния») из восьмидесяти офортов была создана в 1797—1798 гг. В ней Гойя, используя образы испанских народных пословиц, басен, погово­рок, высмеивал людские суеверия и пороки — трусость, лицемерие, при­творство, жестокость и т. п. В сущ­ности, он разоблачал весь тради­ционный порядок и уклад жизни старой Испании. В его офортах ре­альное сплетается с фантастиче­ским, гротеск переходит в карикату­ру. Каждый лист серии представляет собой законченное произведение, состоящее из рисунка и авторского комментария к нему.

Офорты Гойи раскрывают тему борьбы добра со злом, причём зло торжествует. Человеческие пороки и духовное уродство плодят нечисть. Тёмной ночью колдуны и ведьмы, домовые и бесы хохочут, кривляются