Аполлон и нимфы. 1666 г. Версаль.

эффектно смотрятся с любой точ­ки обзора.

В 1683 г. для Вандомской площа­ди в Париже Жирардон создал монументальную конную статую Людови­ка XIV (она погибла в годы Великой Французской революции 1789— 1799 гг.), образцом для которой по­служила древнеримская статуя им­ператора Марка Аврелия. Горделивая осанка, правильные черты лица ко­роля (не скрывавшие, однако, холод­ной надменности), даже условное сочетание античных доспехов и парика XVII в. выглядели убедительно и естественно. Памятник прекрасно вписывался в архитектурный ан­самбль площади.

Антуан Куазевокс (1640—1720), как и Жирардон, много работал в Версале, оформляя зал Войны и Зеркальную галерею. В большом рельефе для зала Войны «Переход Людовика XIV через Рейн» (80-е гг.) мастер сделал фигуру короля более выпуклой, в то время как другие герои почти не выделяются из пло­скости. Получается, что величест­венный облик Короля-Солнца в буквальном смысле затмевает всех остальных персонажей. В скульп­турных портретах Куазевокса точ­ные, психологически тонкие ха­рактеристики героев усиливаются приёмами барокко — неожидан­ными позами, свободными движе­ниями, пышными одеяниями. Так, в облике гравёра Жерара Одрана (80-е гг.) чувствуются и творческая одарённость, и тщеславие, а внеш­не помпезный портрет принца Конде (1686 г.) показывает его бо­лезненное, почти истерическое со­стояние.

В работах Пьера Пюже (1620— 1694), наиболее талантливого масте­ра того времени, чувствуется влия­ние Бернини и классицистического

Пьер Пюже.

Александр Македонский и Диоген.

Фрагменты. 1692 г. Лувр, Париж.

Антуан Куазевокс.

Принц Конде. 1686 г.

Лувр, Париж.

90

театра. Скульптура «Милон Кротонский» (1682 г.), предназначенная для Версаля, изображает античного героя, который хвастался перед бо­гами, что может руками расщепить дерево. Но его ладонь оказалась за­жатой в трещине, и он, прикован­ный к стволу, был растерзан львом. Всё в облике Милона говорит о глу­боком страдании — изогнутое тело, предельно напряжённые мускулы, запрокинутая голова и лицо с зака­тившимися глазами и запёкшимися губами. При этом композиция пре­дельно гармонична: изгибы ствола дерева и фигуры Милона вместе об­разуют овал, что делает её замкнутой и уравновешенной. Сюжетом рель­ефа «Александр Македонский и Ди­оген» (1692 г.) послужила история короткой встречи знаменитого за­воевателя и нищего философа. В от­вет на великодушное предложение Александра выполнить любое поже­лание Диогена, он изрёк: «Отойди, ты загораживаешь мне солнце». Эту историю Пюже превратил в огром­ное многофигурное действо, в кото­ром помимо эффектного диалога в жестах Александра и Диогена на­шлось место и для толпы, и для раз­вевающихся знамён, и для архитек­турной декорации.

Французская скульптура XVII в., соединяя в себе черты классицизма и барокко, выявила глубокое внут­реннее родство этих стилей. На пер­вый взгляд они кажутся противопо­ложными друг другу, а по сути представляют собой разные пути к одной и той же цели.

ЖИВОПИСЬ

ЖОРЖ ДЕ ЛАТУР

(1593-1652)

В начале XVII столетия основным центром развития живописи во Франции был не Париж, её столица, а восточная провинция Лотарингия и её главный город Нанси.

Когда было создано большинст­во произведений живописца из Ло-

ЛУИ ЛЕНЕН

(между 1600 и 1610—1648)

Луи Ленен (художниками были и два его брата) писал в основном жанровые сиены из жизни крестьян. Его герои не приукрашены внешне, но исполнены благородства, достоинства и внутреннего по­коя. Они живут в гармонии с Богом, окружающим миром и собой, проводя время в смиренном и кропотливом труде. Картины Ленена, продуманные и упорядоченные по композиции, строги по ко­лориту, каждая мелкая деталь изображена тщательно. В попытках найти гармонию в жизни крестьян Ленен во многом предвосхи­тил идеи философа Жана Жака Руссо. А в живописи XIX в. его творчество нашло продолжателя в лице Жана Франсуа Милле, прозванного современниками «художником-крестьянином».