Фронт временно стабилизировался и здесь.

В связи с резко осложнившейся обстановкой в районе Тихви­на и Волхова Ставка ВГК потребовала от командования Ленинград­ского фронта более активных действий на синявинском направле­нии со стороны Невской Дубровки. Еще 23 октября в Ленингра­де была получена телеграмма, подписанная И. В. Сталиным и продиктованная по прямому проводу А. М. Василевским. В ней, в частности, говорилось: «Судя по вашим медлительным дей­ствиям, можно прийти к выводу, что вы все еще не осознали критического положения, в котором находятся войска Ленфронта... Мы требуем от вас решительных и быстрых действий. Со­средоточьте дивизий восемь или десять и прорвитесь на восток. Это необходимо на тот случай, если Ленинград будет удержан, и на случай сдачи Ленинграда. Для нас армия важней. Требуем от вас решительных действий».

8 ноября состоялся разговор по прямому проводу И. В. Ста­лина с А. А. Ждановым и М. С. Хозиным, командующим Ленин­градским фронтом. Вот некоторые выдержки из этого разго­вора.

«И. В, Сталин. Нас очень тревожит ваша медлительность в деле проведения известной вам операции. Вам дан срок в несколь­ко дней. Если в течение нескольких дней не прорветесь на во­сток, вы загубите Ленинградский фронт и население Ленинграда.

А. А. Жданов. Продвижение пехоты натолкнулось на до­вольно прочное укрепленное сооружение. Артиллерийская под­готовка давалась каждый раз достаточно, но пехота, как правило, не использовала артиллерийского огня и авиационной подго­товки. Пехота, поднявшись с места и пройдя немного, обычно залегала неся большие потери... В связи с нашими потерями и неорганизованной еще переправой пришлось временно на два дня приостановить наступление, с тем чтобы привести части в порядок, их пополнить, организовать как следует переправу, организовать бой, чтобы было полное взаимодействие между пехотой и артиллерией...

И. В. Сталин. Надо выбирать между пленом, с одной стороны, и тем, чтобы пожертвовать несколькими дивизиями. Повторяю, пожертвовать и пробить себе дорогу на восток, чтобы спасти ваш фронт и Ленинград. Вы рассуждаете так, как будто есть еще какой-то третий путь. Никакого третьего пути не суще­ствует либо плен и провал всего фронта, либо не останавливать­ся ни перед какими жертвами, пробить себе дорогу на восток... Попробуйте из разных дивизий выделить группы охотников, наи­более смелых людей, составьте один или два сводных полка и объясните великое значение того подвига, который требуется от них, чтобы пробить дорогу. Возможно, что эти сводные полки смелых людей потянут за собой и остальную пехоту. Всё».

По решению Военного совета фронта наступление возобнови­лось 10-11 ноября. План его был разработан штабом 8-й ар­мии, управление которой переместилось на Невский участок фронта с Ораниенбаумского плацдарма. Бои разгорелись с прежним ожесточением. С беспримерным мужеством сража­лись на Невском пятачке воины стрелковых дивизий; 86-й — полков­ника А. М. Андреева, 20-й — полковника А. П. Иванова, 168-й — полковника Л. А. Бондарева, 10-й — полковника И. Д. Романцова и 177-й — полковника Г. И. Вехина. Прорвать вражескую оборо­ну, однако, не удалось. Противник еще более укрепил свои по­зиции. Его огневую систему наша артиллерия так и не сумела подавить. Не оказали существенной поддержки войскам 40 сред­них и легких танков, переброшенных на левый берег Невы. Мно­гие из них вскоре вышли из строя.

11 ноября части 86-й дивизии после двухчасового боя овладели северо-восточной окраиной Московской Дубровки. Как ни скро­мен был первый успех, он окрылил бойцов. Через день части дивизии, выбив противника из окопов, ворвались на южную ок­раину 1-го Городка. Поддерживавшие нашу пехоту танки подо­шли к песчаному карьеру и остановились, не имея возможности его преодолеть. Несколько танков были подожжены огнем не­мецких противотанковых орудий. Бойцам пришлось залечь по­среди открытого поля...

(13 ноября Военному совету Ленинградского фронта по прямому проводу было передано очередное указание И. В. Ста­лина: «...при продвижении вперед не задаваться целью взять тот или иной населенный пункт вроде 1 -го Городка или Синявино и так далее, а поставить себе задачу разрушить до основания на­селенные пункты и сжечь их, похоронив под ними укрывающи­еся немецкие штабы и части. Откиньте всякую сентименталь­ность и разрушайте дотла все населенные пункты на вашем пути. Это лучшее средство пробить дорогу на восток»).

16 ноября части дивизии, взаимодействуя с полком 1-й стрел­ковой дивизии НКВД, пытались наступать между 1-м и 2-м Городками. Одной из рот удалось вплотную подойти к зданиям 8-й ГЭС. Попав под перекрестный пулеметный огонь, подразде­ления понесли потери и вернулись на исходный рубеж. За пять дней боев наши войска почти не продвинулись вперед. Из-за не­достатка боеприпасов артиллеристы расходовали ежедневно не более 10—12 выстрелов на орудие. Пехоте приходилось атако­вать опорные пункты, система огня которых не была подавлена.

Боевые донесения штаба Ленинградского фронта середины и конца ноября мало отличаются одно от другого:

«21 ноября. 86 СД, овладев оврагом в 100 метрах запад­нее 1-го Городка, дальше продвинуться не смогла, встретив силь­ный огонь противника...

22 ноября. 86 СД правым флангом вела бои у восточного обрыва оврага, 200 метров восточнее отметки 11,6...

23 ноября. 86 СД вела бой на прежнем рубеже и во второй половине дня незначительно продвинулась вперед, вышла на ру­беж 150—200 метров юго-западнее ГЭС...

30 ноября. 86 СД передовыми частями вышла на восточную окраину 1-го Городка, ведя главными силами бой в центре горо­да. Но к исходу дня, понеся большие потери и под воздействием сильного огня противника, закрепиться не могла и отошла в ис­ходное положение».