Ассистирование мирянина при бракосочетании ( стр.193- 197)

Право испрашивать и принимать брачное согласие от имени Церкви не подразумевает какого-либо осуществления власти священства или управления, хотя в некоторых аспектах оно регулируется теми же самыми нормами. Тот, кто в силу ординарной власти имеет полномочие ассистировать при бракосочетании посредством делегирования, может заменить себя другим лицом только для исполнения обязанности представителя церковной общины при заключении брака, но не других служебных обязанностей, предусматриваемых его должностью. Поэтому право ассистировать при бракосочетаниях может представлять собой служение, «церковную должность», то есть «поручение, являющееся устойчивым, исполняемое с духовными целями» (кан. 145, § 1), к которому «миряне, оказывающиеся пригодными, юридически способны быть приняты Священными Пастырями в соответствии с предписаниями права» (кан. 228, § 1).

В соответствии с кан. 207 под «мирянами» подразумеваются все верные, не являющиеся священнослужителями или клириками, то есть ни пресвитерами, ни диаконами. К ним же относятся члены институтов посвящённой жизни: мужчины и женщины.

Кан. 1112 гласит, что там, где недостаёт священников и диаконов, диоцезный Епископ особой властью при определённых условиях может делегировать одного и более мирян для ассистирования при бракосочетании.

Диоцезный Епископ, считающий целесообразным для своего диоцеза подобную особую власть, должен испросить её у Свящ. Конгр. Таинств или у Свящ. Конгр. евангелизации народов, если речь идёт о территории, где ведётся миссионерская деятельность, заручившись предварительно благосклонным решением той Конференции Епископов, членом которой он является.

Независимо от своего пола и положения мирянин, которому поручено данное задание, должен иметь соответствующую подготовку, быть способен дать супругам наставления и верно совершить обряд бракосочетания. Выбор данного лица должен быть индивидуально и лично сделан местным Ординарием, который один может делегировать его или в отдельных случаях, или с постоянными полномочиями на все браки, заключаемые в определённый период времени в определённом округе его диоцеза. Делегирование всегда является индивидуальным и личным, и потому эти полномочия не могут делегироваться самим мирянином другим лицам, даже если они были делегированы ему в генеральной форме.

Это полномочие совершенно исключительное, поэтому предоставляется оно только после осторожного изучения обстоятельств. Если при бракосочетании может ассистировать приходской настоятель или другой делегированный священник или диакон, то они должны иметь преимущество, что соответствует духу предоставления данного полномочия. Эта директива касается пастырской целесообразности, но не затрагивает действительность брака, если в этом случае при бракосочетании ассистирует делегированный должным образом мирянин. Литургическое заключение брака должно происходить в церкви или в другом подходящем месте, в соответствии с обрядом, установленным Свящ. Конгр. богослужения, чтобы представлялось ясным его духовное значение.

Никогда, даже в случае грозящей смерти одной из сторон, мирянин не имеет права освободить от препятствий браку. Это полномочие сохраняется в соответствии с кан. 1079, § 2, в том случае, когда нельзя обратиться к местному Ординарию, за «священнослужителем», который в праве называется также клириком (кан. 207, § 1) и, следовательно, за священником или «делегированным должным образом диаконом».

Действительно, не разрешая вероучительного вопроса об исключительности по Божественному праву, кан. 129 провозглашает принцип, согласно которому «ко власти управления способны те, кто удостоен священного сана» – причём остаются в силе требования, указанные правом для исполнения различных служебных обязанностей. Кан. 274, § 1 добавляет, как применение предыдущего принципа, что «только клирики могут занимать должности, для исполнения которых требуются власть сана или власть церковного управления». Поэтому миряне, монашествующие и члены секулярных институтов не пригодны к осуществлению власти управления и не могут занимать должности, требующие этой власти.

Эти два изложенных канона следует понимать в том смысле, что миряне, в отличие от клириков, не могут получить власть управления полноправно, с полномочием осуществлять её «также и самостоятельно», как того требуют некоторые акты. Но они не отстранены от неё полностью. Кан. 129, § 2 уточняет и постановляет, что «в осуществлении этой власти <управления>... могут принимать участие и верные Христу миряне». В задачах и в пределах, установленных правом, они могут «сотрудничать», действовать вместе, объединять свою деятельность с деятельностью тех, кто полноправно может обладать властью управления, и осуществлять её также самостоятельно.

Например, в церковных судебных делах мирянин не может быть единственным судьёй, то есть действовать самостоятельно, но он может быть включён в состав коллегии, и быть одним из трёх или пяти членов, требующихся в различных процессах (кан. 1421, § 2). В этом случае мирянин «сотрудничает», действует вместе с другими двумя или четырьмя членами, которые должны быть клириками, в осуществлении судебной власти, в вынесении решения.

Диспенсация от сугубо церковного закона является актом управления, совершаемым лично, а не вместе с другими. Поэтому эта власть может быть предоставлена только тому, кто может получить её полноправно и осуществлять её также и самостоятельно. Следовательно, ею могут наделяться не миряне, но исключительно «священнослужители», то есть, кроме Епископов, только пресвитеры или диаконы (кан. 89).

После бракосочетания мирянину, ассистировавшему при нём, следует позаботиться о том, чтобы составить протокол состоявшегося бракосочетания, который должен быть подписан супругами, свидетелями и им самим. Кроме того, ему нужно будет проследить за тем, чтобы были исполнены все предписанные гражданские формальности, которые обычно надлежит соблюдать, когда брак заключается по обычной канонической форме.