И опять потянулись долгие безрадостные дни. Однажды император снова спросил:

- Визирь, помнишь, ты сказал, что не осталось лекаря, достойного моего взора? Объясни, что это значит.

- Мой повелитель, в нашем государстве остался один-единственный лекарь. Он живет тут неподалеку.

-Он умеет лечить?

- Да, умеет. Я был у него тогда, но он такой невоспитанный, некультурный, он такой грубиян! Как рот откроет, так слышна отборная брань. А недавно он сказал, что знает секрет лечения самого императора.

- Тогда почему же ты мне не сказал?!

- Но если я его приведу, Вы, мой повелитель, меня казните за его поведение.

- Обещаю, что не сделаю этого. Приведи его сюда!

Через некоторое время визирь привел лекаря.

- Говорят, ты умеешь лечить?

В ответ молчание.

- Почему молчишь? Отвечай! - приказал император.

- Мой повелитель, я запретил ему открывать рот, - сказал визирь.

- Говори, разрешаю! Что? Неужели твоих способностей хватит, чтобы меня вылечить?!

- Не твое собачье дело! Ты можешь усомниться в моих способностях по управлению государством, потому что ты - царь. Но почему ты своим государственным умом лезешь в медицину? Как ты можешь разбираться там? Ты велик в своей работе, но в медицине ты ничем не лучше сапожника.

- Стража!!! - яростно закричал император. - Отрубите ему голову... Нет... Сначала посадите на кол, потом облейте кипящим маслом, а потом разрубите на мелкие кусочки.

За всю жизнь никто ни разу не осмелился даже намеком допустить что-то, выходящее за рамки дворцового этикета, и тем более так отвечать самому императору!

Стража схватила лекаря, заломила ему руки и потащила к выходу, а он, глядя через плечо, с издевкой сказал:

- Эй! Я твоя последняя надежда! Ты сможешь меня убить, но кроме меня не осталось никого, кто смог бы тебя вылечить. А я могу сегодня же поставить тебя на ноги. А я могу сегодня же поставить тебя на ноги.

Император сразу остыл:

- Визирь! Возврати его.

Лекаря вернули.

- Начинай лечить. Ты сказал, что сегодня же поставишь меня на ноги.

- Но сначала ты должен принять тир моих условия, только после этого я приступлю к лечению.

Подавив очередной приступ ярости в себе, сжав от злости зубы, император процедил:
- Говори!

- Прикажи, чтобы перед воротами дворца поставили самого быстрого скакуна в твоем государстве и небольшой мешочек золота...

- Зачем?

- Это подарок, я очень люблю коней.

- Если ты меня вылечишь, я подарю тебе табун из сорока лошадей, нагруженных мешками с золотом.

- А это потом, потом... Следом отправишь. Второе условие, чтобы во время лечения никого не оставалось во дворце.

- А это еще зачем?!

- Во время лечения тебе может быть больно, ты будешь кричать, чтобы никто не видел тебя слабым.

- Хорошо. Что еще?

- Третье, чтобы твои слуги под страхом смерти не приходили на зов и только через час приступили к исполнению твоих приказаний.

- Объясни!

- Они могут помешать мне, и лечение не будет доведено до конца.

Император принял условия лекаря и велел всем уйти из дворца. Они остались вдвоем.

- Начинай!

- Что начинать, старый осел? Кто тебе сказал, что я умею лечить? Ты попался в мою ловушку. У меня есть час времени. Я так давно ждал подходящего момента, чтобы наказать тебя, кровосос ты поганый! У меня есть три давние мечты, три заветных желания. Первое это плюнуть на твою королевскую морду!

И лекарь от всей души, смачно плюнул императору в лицо. Побелел повелитель от негодования и беспомощности, понимая в какой ситуации оказался. Он начал шевелить головой, чтобы как-то противостоять такому неслыханному изощренному хамству!

- Ах, ты гнилое бревно, старый вонючий кобель, ты еще шевелишься?! Тьфу на тебя еще раз! Вторая мечта была: О-о-о! Как давно я хотел пописать на твою императорскую рожу!

И он начал осуществление своего второго заветного желания.

- Стража!! Ко мне!! - взревел император, но захлебнулся мочой. Он стал отворачивать голову от струи, начал тянуться плечами, чтобы зубами вцепиться в ноги своего оскорбителя. Стража слышала зов повелителя, но не посмела нарушить его приказание.

- Ах ты, дохлая скотина, - сказал лекарь и пнул его ногой.

Император получил удар и почувствовал боль. Он вдруг вспомнил, что рядом у подушки оружейная стойка. Сейчас он схватит свой кинжал, и полоснет по его ногам. Движимый единственным желанием наказать оскорбителя, он начал тянуться к стойке.

- Ты, оказывается, еще можешь шевелиться? - презрительно заметил лекарь. - Третья моя мечта...

Но когда император услышал тре-е-етью мечту этого самозванца, он заревел, как раненый зверь, заскрежетал зубами! Титаническим усилием он сдвинулся с места, сполз с ложа и, упираясь локтями в пол, извиваясь, стал подтягиваться к оружейной стойке...

- Зарублю, - рычал император, сам, лично разрежу на мелкие кусочки!!!