Понятие и признаки состава недействительной сделки

Квалификация недействительности сделок представляет собой правоприменительный процесс, в котором юридическое действие, совершенное в виде сделки, анализируется на предмет несоответствия правовым нормам, определяющим условия действительности сделок. Другими словами, для разрешения вопроса о возможности признания оспоримой сделки недействительной, а также для применения к оспоримой и к ничтожной сделке последствий недействительности, суд, с учетом фактических обстоятельств ее совершения, должен дать ей правильную юридическую квалификацию. Это ничто иное, как исследование состава юридического действия, возможно, подпадающего под состав недействительной сделки, а точнее: под состав гражданского правонарушения - недействительной сделки. Поскольку основанием для признания деяния правонарушением является наличие в данном деянии признаков состава правонарушения, для осмысления состава недействительной сделки необходимо обратиться к исследованию научно-практической проблемы состава гражданского правонарушения[16].

Единого мнения по поводу соотношения элементов состава гражданского правонарушения и правонарушения вообще, а также их содержания применительно к гражданским проступкам, нет. Еще в 1948 г.С. С. Алексеев определял, что состав гражданского правонарушения - это "понятие, охватывающие в совокупности признаки правонарушения в сфере отношений, регулируемых гражданским правом, - признаки, необходимые и достаточные для привлечения лица к гражданской ответственности"[17].

Таким образом, состав гражданского правонарушения является юридическим основанием для привлечения к гражданско-правовой ответственности, что поддерживается большинством представителей отечественной цивилистики[18].

Из общей теории права известно, что состав правонарушения вообще представлен: объектом правонарушения, объективной стороной правонарушения, субъектом правонарушения и субъективной стороной правонарушения. Бесспорно, что во многом на определение элементов состава правонарушения оказала влияние наука уголовного права, создавшая учение о составе преступления. Если общая теория права приняла данную модель в качестве основы для характеристики состава всех правонарушений в независимости от степени общественной опасности и вредности, а также отраслевого подразделения, то цивилистика, на наш взгляд, при характеристике состава гражданского правонарушения должна исходить из базового понятия состава правонарушения, внося в него гражданско-правовое содержание.

При отсутствии монографических исследований по данной проблеме, которые могли выйти уже после вступления в силу частей первой и второй ГК РФ, мы имеем возможность обратиться лишь к учебной литературе. Так, на сегодняшний день приходится констатировать, что у Е.А. Суханова[19], Н.Д. Егорова[20] и у М.Н. Малеиной[21] признаки состава правонарушения сводятся к:

деянию и его противоправности;

наличию у потерпевшего вреда или убытков (общественно-вредный результат);

причинной связи между противоправным поведением и его результатом;

вине правонарушителя (с оговоркой, что вина является квалифицирующим признаком не для всех гражданских правонарушений).

Таким образом, первые три признака, фактически, относятся к объективной стороне гражданского правонарушения, а последний - к субъективной.

Данный подход к составу гражданского правонарушения прочно закрепился в отечественной цивилистике с конца 50-х годов XX в. после выхода в свет ряда монографический исследований Г.К. Матвеева[22], который полагал, что "именно в таком виде состав гражданского правонарушения представляет собой определенное единство объективных и субъективных его элементов"[23].

Анализируя позицию Г.К. Матвеева, С.С. Алексеев[24] отмечает, что при рассмотрении состава гражданского правонарушения, с одной стороны, не следует неоправданно сближать его элементы с элементами состава преступления, а с другой - исключая из состава гражданского правонарушения признак субъекта и не выделяя объекта правонарушения, можно не заметить реальных черт сходства между родственными категориями: гражданским правонарушением и преступлением. В свою очередь, С.С. Алексеев считает, что состав гражданского правонарушения представлен такими элементами, как:

объект правонарушения;

субъект правонарушения;

объективная сторона[25].

Не называя в качестве элемента состава гражданского правонарушения субъективную сторону, он полагает, что "вина как условие применения гражданско-правовых санкций не имеет универсального значения. Поэтому, если быть последовательным, ей нельзя придавать значения общего, обязательного элемента состава"[26]. Выводя вину за пределы состава гражданского правонарушения, С.С. Алексеев предлагает рассматривать невиновность как особую правовую категорию, являющуюся основанием освобождения от гражданско-правовой ответственности, за исключением случаев, указанных в законе[27].

Подобный подход к этой проблеме в отечественной цивилистике, хотя и не был широко признан, получил название концепции "полного состава гражданскою правонарушения", которая, по мнению одного из ее сторонники", "и отличие от прочих, имеет, прежде всего, то значение, что она изнывает содержание, внешние признаки гражданского правонарушения с его внутренней сущностной стороной, раскрывая, в частности, чему причиняется вред гражданским правонарушением"[28].

Полностью соглашаясь с В.Л. Слесаревым, хотелось бы подчеркнуть, что рассмотрение гражданского правонарушения именно сквозь призму "концепции его полного состава" в состоянии отразить все значимые особенности соответствующего деяния, в том числе и правильно его квалифицировать.

Таким образом, категория состава правонарушения в ее полном виде позволяет осуществить точную квалификацию любого виновного противоправного деяния, в том числе и недействительной сделки, с учетом ее всех юридически значимых признаков.