Избиение младенцев (1565-1567)

Благодаря своему едкому, саркастическому уму, гневному сердцу, чуткому к страданиям родины, Брейгель пишет картину "Избиение младенцев". Художник передал в ней страдания своего народа под властью Испании. Для того, чтобы выразить свое сочувствие к погибшим, к обездоленным, он вспоминает библейскую легенду о царе Ироде, который приказал убить всех младенцев, родившихся в Вифлееме в одно время с Христом и тем самым избавиться от него. Брейгель перенес эту легенду в свое время.

Однако, это совсем не похоже на библейский Вифлеем в Палестине, это самая настоящая, вся в снегу, фламандская мирная деревушка, куда ворвались каратели - вооруженные копьями чужеземные солдаты. Они врываются в дома, натравливают на людей собак, отнимают детей, забирают людей. Один крестьянин упал на колени перед всадником прямо в снег, всадники в красных мундирах окружили кольцом деревенскую площадь. Крестьяне мечутся по площади, стремясь спасти детей и спастись самим. Вырваться из грозного кольца нельзя, запереться в доме невозможно. Нет выхода, нет пощады!

Конечно, художник изображает вовсе не вифлеемские события! Это карательный отряд, отправленный инквизицией или герцогом Альбой на усмирение фламандских гёзов (участниковантииспанского движения).

В картине много тревожного, красного цвета - цвета крови, цвета красных мундиров.

Фламандские пословицы (1559)

На большом пространстве расположено около сотни людей, погруженных в странные и нелепые занятия. Кто-то пытается прошибить лбом стену, кто-то зарывает колодец, в котором плавает теленок, кто-то бросает рыб в реку, какя-то женщина душит чертенка, а рядом валяется редька...

Все это - наглядное изображение метафор, на которых построены народные поговорки о человеческой глупости. Многие теперь полузабыты. а некоторые и сейчас живут и даже имеют аналоги в нашем русском фольклоре. Например,"стену лбом не прошибешь"- это нам очень известно. Вообще, каждый делает свое с видом тупой одержимости, не обращая внимания на других, - как обитатели дома сумасшедших.

В целом зрелище кажется даже веселым: сияет голубое небо, плещет речка, и фигурки яркими красными, белыми и голубыми пятнами заполняют пространство - подобие сельской улицы, как ковер цветов.

Но в сущности, веселого мало. Шар с крестом - символ земной сферы - красуется на видном месте, только крест опущен вниз: знак того, что перед нами - мир навыворот, страна дураков.

Крестьянский танец (1568)

На деревенскую улицу из трактира вынесли стол. За столом сидят крестьяне. Один из них, повернувшись спиной к столу, играет на волынке, в то время как молодой крестьянин внимательно прислушивается к простой мелодии.

Здесь вспоминается нидерландская пословица: "Как поют старики, так свистят молодые". Двое крестьян о чем-то горячо спорят, они отставили свои кружки и размахивают в пылу спора руками и даже собираются подраться. Третий же пытается их удержать. За его спиной сидит крестьянка в белом чепце. Она внимательно следит за спорщиками и тоже готова в любой момент вмешаться.

А танец тем временем в самом разгаре. Кажется, что мы можем услышать тяжелый топот башмаков крестьянина в черном кафтане и черной шапке, в которую воткнута ложка. Его спутница надела воскресный белый чепец, и его концы развеваются в стремительном танце; гремят ключи, подвешенные к его кошельку, и высоко подоткнута серая юбка с желтой подкладкой.

Слева у стола, взявшись за руки, танцуют, подражая взрослым, дети.

Триумф смерти (1562)

Мельница

Поклонение волхвов (1564)

этой картине художник иносказательно показал, что рождение ребенка не вызывает радости, если в мире царят войны и смерть. Центром картины, полностью заполненной людьми, служит печальная фигура Девы Марии с Младенцем на коленях. Она закутана в голубой плащ, и ее лица почти не видно. Ее фигура, написанная в холодных тонах, контрастирует с окружением, решенных в теплых тонах, и потому невольно притягивает к себе внимание зрителя. За ее спиной светлым силуэтом возвышается фигура Иосифа, внимательно слушащего прохожего. Перед Марией - трое волхвов. Двое, коленопреклоненные, протягивают Младенцу-Христу свои дары. Выражения их старческих лиц похожи на гримасы. По левую сторону от Мадонны Валтасар. Его темное негритянское лицо резко контрастирует с белыми одеждами. У входа, внутри и вокруг хлева, где Мария произвела на свет Младенца-Христа, толпятся насмехающиеся над событием люди, выражение их лиц крайне жестоко. Среди них много солдат с пиками, острия которых устремлены к небу. Тем самым художник как бы переносит Рождение Христа в современные ему, объятые войной Нидерланды.

Творение Брейгеля требует от зрителя напряженного внимания, тревожит своей неоднозначностью, будит воображение.