Динамика науки и системная природа научного прогресса.

Динамика научного знания становится актуальной проблемой для философской рефлексии во второй половине 20-го в.

В этот момент не просто стоит вопрос о динамике, а прорабатываются модели этого процесса

Динамику науки можно характеризовать по разным параметрам: как меняется научное сообщество, численность публикаций, эволюция методов исследования, история эксперимента, история обновления методологического инструментария в теоретическом исследовании (формализация, математическая гипотеза, мысленный эксперимент).

Первоначально в понимании динамики науки господствует идея кумулятивизма – прямое постепенное накопление знаний, их складирование и недопущение пересмотра полученных результатов.

С этим сопрягается понимание истины как вечной и абсолютной; наука призвана получить абсолютную (исчерпывающую, полную, завершенную) истину в понимании кумулятивизма. Эта точка зрения господствовала потому, что наука тогда слабо обновлялась в своем содержании. Как только наука начинает быстрее развиваться, появляется необходимость не только в накоплении, преумножении, но и в пересмотре знаний.

Первый выход на динамику и моделирование динамики науки сделал Поппер. Проблема, как проверить знание. Поппер пришел к выводу, что самое ценное в динамике науке – это постановка проблемы, потому что именно вслед за этим наука начнет модернизироваться. А теории – они застыли и все. И тогда истинное достижение теоретического познания должно быть не верифицировано, а фальсифицируемо. Теория представляет ценность, если она не претендует на абсолютный статус, на все на свете, что всегда есть такая предметная область, явления из которой в эту теорию не вписываются, обнаруживают ее ограниченность. Это не значит, что эта теория не правильна, просто истинная теория всегда ограничена в своих притязаниях. Поппер в результате пришел к выводу, что, например, марксистскую теорию и теорию психоанализа нельзя отнести к научным теориям, потому что они не могут быть фальсифицированы. Психоанализ в дальнейшем был фальсифицирован, а вот марксизм – нет (как и всякая философская концепция). Почему философская концепция не может быть фальсифицирована, а философия поэтому не может считаться наукой? – Потому что у нее изначально есть претензия на познание универсального. Философия имеет дело с универсумом, а любая отрасль научного знания – лишь с его частями.

Знание пишется от проблемы к проблеме. А в промежутке – гипотезы, возникновение теорий, проверка их и выбор наиболее правильных. Перед нами зарождение синергетической модели: аттрактор – проблема, точка бифуркации – возникновение гипотез.

Концепция Лакотоса (концепция исследовательских программ). Революция – это смена исследовательских программ (совокупностей теорий и гипотез). Защитный пояс – это ряд допущений, которые позволяют эту программу защитить, перейти от общей к частной схеме. Положительная эвристика – это способность экстраполироваться на новые предметные области. Это все модели внутренней истории науки.

Модели внешней истории науки. – Куна, Степина…

Исследуя динамику – выходим на уровень необходимости определения роли науки в социуме. Высокая роль науки в обществе порождает культурные программы:

· Сциентизм. Наука – это ценность (мягкая форма), универсальное средство (радикальная форма).

Такая оценка преобладает, когда технический прогресс обеспечивает хороший экономический рост, улучшение качественных показателей уровня жизни человека и вселяет оптимизм в светлое будущее. В 20 в. это технический детерминизм, технократия, экспертократия, структурализм (исследование мира культуры с опорой на формальную математическую логику).

· Антисциентизм. Наука – (умеренная форма), (радикальная форма).

В качестве умеренной версии выступает экзистенциализм. Более воинственно настроен феминизм. Руссо тоже предупреждал о последствиях науки, о том, что наука чревата издержками.

Антиглобализм, фундаментализм. Особенно в 70-е гг., когда экологические проблемы цветут. В чем ценность идей антисциентизма? Разумная критика, чтобы заставлять науку действовать достаточно осмотрительно в своей развертке.