Наследник личного стола Берии

 

Предприятия горной промышленности на Кольском п-ве и город Кировск строились в основном трудом заключенных. Еще в 1960-х гг. там встречались полуразрушенные вышки, на которых находились автоматчики НКВД, охранявшие зоны. Примерно в 25 км от поселка Юкспориок находилась резиденция местного начальства НКВД, на которой останавливался и сам Лаврентий Павлович Берия, приезжавший сюда с инспекциями. Сейчас там размещается база географического факультета МГУ. На ней в течение вот уже нескольких десятилетий каждый год предоставляют комнату минералогу из ИМГРЭ А. П. Хомякову, приезжающему проводить свой полевой сезон. В этой комнате стоит огромный старомодный стол, который, согласно легенде, принадлежал еще Л. П. Берии. Он сделан из твердого дерева, оснащен особым механизмом запирания ящиков: все они становятся недоступными, если задвинуть верхний ящик. Именно за этим столом Александр Петрович просматривает с помощью микроскопа свои образцы из ультраагпаитовых пород Хибинского и Ловозерского массивов. А. П. Хомяков — рекордсмен мира по числу лично открытых новых минералов (в данный момент их число равно 98 (!) Лаврентий Павлович, который, что бы о нем ни говорили, отличался также потрясающей работоспособностью и немало сделал для развития науки и техники в СССР, наверняка порадовался бы успехам советского минералога.

Между тем, со слов А. П. Хомякова, шикарная двуспальная кровать Л. П. Берии, некогда также пребывавшая в этой резиденции, была, к сожалению, увезена бывшим начальником ГРП. Каждому — свое! В смысле рабочего места.

 

 

Глава 5

Стихи геологов и о геологах

 

Поэзия — не тир: здесь попаданья редки.

Ирина Василькова, геолог-поэт

 

Михайло Ломоносов

Из оды «На день восшествия на престол

Елисаветы Петровны, 1747 года»

 

И се Минерва ударяет

В верьхи Рифейски копием,

Сребро и злато истекает

Во всем наследии твоем.

Плутон в расселинах мятется,

Что Россам в руки предается

Драгой его металл из гор,

Который там натура скрыла.

От блеску дневного светила

Он мрачный отвращает взор.

 

О вы, которых ожидает

Отечество от недр своих

И видеть таковых желает,

Каких зовет от стран чужих.

О ваши дни благословенны!

Дерзайте нынче ободрены

Раченьем вашим показать,

Что может собственных Платонов

И быстрых разумом Невтонов

Российская земля рождать.

 

Науки юношей питают.

Отраду старым подают,

В счастливой жизни украшают,

В несчастный случай берегут.

В домашних трудностях утеха

И в дальних странствах не помеха.

Науки пользуют везде:

Среди народов и в пустыне,

В градском шуму и наедине,

В покое сладки и в труде…

 

(1747 г.)

 

Аркадий Александров.

Отрывки из стихов

 

Геология

 

Отсырела рубаха от пота,

Сапоги от болотной грязи.

Жрать охота и спать охота,

Да и бабу… увидеть вблизи.

Тарахтит буровая привычно,

Комаров седоватый туман…

Позабыли о жизни мы личной,

Больше метров — и выполнить план!

Мужики мы простые — не боги,

Трудно душу свою вынимать…

Геология… Геология…

Геология, эх, твою мать!

 

 

* * *

 

Геология. Голодно, холодно…

Мы служили тебе, любя.

Этим новым нужно лишь золото.

Скоро сгубят они тебя.

Нынче в грусти, тоске и горе я —

Благородному миру — конец.

Где теперь твоя территория,

Если ты не вор и подлец?

Я жалею, зову и плачу,

Ты ушла, как уходит жизнь.

Геологии нет, и, значит,

Мы стремительно катимся вниз.

 

 

* * *

 

Их больше нет. Но вечно рядом

Суровый строй простых ребят —

Начальники геолотрядов,

Комбриги буровых бригад.

Да, исковерканы суставы,

Истерты ноги, кашель бьет,

Мы не нашли богатства, славы —

Случилось все наоборот.

Нас пнули, не сказав спасибо,

Нас разом выгнали взашей…

На тризне помяни, Россия,

Нас — работяг и алкашей!

 

[ГЖМ-12 С. 8, 10]

 

Владимир Высоцкий (1938–1980)

Тюменская нефть (песня)

 

Один чудак из партии геологов

Сказал мне, вылив грязь из сапога:

«Послал же Бог на головы нам олухов!

Откуда нефть, когда кругом тайга?

Сколь денег — в прорву! Лучше бы на тыщи те

Построить детский сад на берегу!

Вы ничего в Тюмени не отыщете,

В болото вы вгоняете деньгу!»

И шлю депеши в Центр из Тюмени я:

«Дела идут. Все более иль менее!»

Мол, бурим землю, но пока у многих мнение.

Что меньше «более» у нас, а больше — «менее».

 

А мой рюкзак пустой на треть.

— А с нефтью как?

— Да будет нефть!

 

Давно прошли открытий эпидемии

И с лихорадкой поисков — борьба.

И дали заключенье в Академии:

«В Тюмени с нефтью — полная труба!»

Нет Бога нефти здесь — перекочую я.

Раз Бога нет, то нет и короля.

Но только вот нутром и носом чую я,

Что подо мной не мертвая земля.

И шлю депеши в Центр из Тюмени я:

«Дела идут. Все более иль менее».

Мне отвечают, что у них сложилось мнение,

Что меньше «более» у нас, а больше — «менее».

 

А мой рюкзак пустой на треть.

— А с нефтью как?

— Да будет нефть!

 

И нефть пошла! Мы, по болотам рыская,

Не на пол-литра выиграли спор!

Тюмень, Сибирь, земля ханты-мансийская

Сквозила нефтью из открытых пор.

Моряк, с которым столько переругано,

Не помню уж, с какого корабля.

Все перепутал и кричал испуганно:

«Земля! Смотрите братики, Земля!»

И шлю депеши в Центр из Тюмени я:

«Дела идут. Все более иль менее».

Мне не поверили, и оставалось мнение,

Что меньше «более» у нас, а больше — «менее».

 

Но подан знак:

Бурите здесь!

— А с нефтью как?

— Да будет нефть!

 

И бил фонтан, и рассылался искрами.

При свете их я Бога увидал. —

По пояс голый, он с двумя канистрами

Холодный душ из нефти принимал.

И ожила земля, и помню ночью я

На той земле танцующих людей,

Я счастлив, что, превысив полномочия,

Мы взяли риск и вскрыли вены ей.

И шлю депеши в Центр из Тюмени я:

«Дела идут. Все более иль менее».

Что — прочь сомнения, что есть месторождение,

Что больше «более» у нас и меньше — «менее».

 

Так я узнал —

Бог нефти есть.

И он сказал:

«Да будет нефть!»

 

Депешами не простучался в двери я,

А вот канистры в цель попали, в цвет.

Одну принес под двери недоверия,

Другую внес в высокий кабинет.

Я доложил про смену положения:

Отрекся сам владыка тьмы и тли,

Вчера я лично принял отречение

И вышел в нефтяные короли!

 

Борис Горобец (ВИМС)