Социально-экономическое развитие России в пореформенный период

Реформы 60-70 гг. значительно улучшили условия для развития производительных сил страны и формирования капиталистических отношений. Другим условием было наличие инфраструктуры. Особо остро стоял вопрос о сухопутных путях сообщения. Строительство железных дорог началось еще при Николае 1, в 60-е гг. строительство ускорилось. В 1891 началось строительство Транссибирской магистрали. С прокладкой этой дороги для Сибири наступил новый период, она получила доступ на российский и мировой рынки.

Отмена крепостного права вызвала кризис в промышленности. Многие отрасли были вынуждены перейти на вольнонаемный труд. Но вскоре промышленность пошла на подъем. Наиболее значительных успехов достигла текстильная промышленность. Трудно шло приспособление к новым условиям в металлургии, требовалось не только перейти на вольнонаемный труд, но и обновить оборудование. Сначала производства чугуна и железа упало, но к 70-м гг. постепенно вошло в прежний ритм. В 1873 г Россию впервые затронул мировой промышленный кризис.

В первое пореформенное 20-летие сформировались основные примышленные районы – Московский, Уральский, Петербургский и Южный. Постепенно происходит переход от мануфактур к фабричному производству. Замена ручного труда машинным повысила производительность труда.

Строительство железных дорог привело к расцвету новых торговых центров, появлялись новые города, так например, возник Иваново-Вознесенск – центр текстильной промышленности. Быстро росло население городов. В целом развитие промышленности в первые 20 лет шло успешно. На основе потребностей рынка формировалась промышленность, развивалась торговля.

Сельскохозяйственное развитие было менее успешным. Увеличение урожая было за счет расширения земельных площадей. В руках помещиков по-прежнему находились огромные площади, но после отмены крепостного права им пришлось перестраивать хозяйство на рыночных началах.

Сделанные во время реформы «отрезки» заставляли крестьян арендовать землю у помещика. Но нередко они не могли предложить ему в качестве арендной платы ничего, кроме своего труда. Так возникла отработочная система хозяйства.

Некоторые помещики пытались вводить капиталистическую систему хозяйства. Они заводили собственный рабочий скот и инвентарь, покупали сельскохозяйственные машины, нанимали рабочих. Но эти формы хозяйствования прививались с трудом.

И только в степном Заволжье, на Северном Кавказе стало быстро утверждаться предпринимательское, фермерское хозяйство. Эти районы становились житницей России и основными поставщиками хлеба на экспорт.

В пореформенное 20-летие обозначились два пути эволюции аграрного строя России. Центрально-земледельческий район вступил на медленный, затяжной путь перестройки хозяйства с сохранением крупного помещичьего землевладения. Этот путь называется прусским. А в степных районах Заволжья и Северного Кавказа стал вырисовываться другой путь, фермерский, предпринимательский, который историки называют американским.

В дореформенной деревне группы богатых, средних и бедных крестьян не были постоянными по своему составу. На протяжении жизни одного крестьянина его семья могла побывать во всех трех группах. После реформы 1861 г. усилилось наследственное закрепление крестьянских семей в разных социальных группах. Зажиточные семьи, которым теперь не приходилось делиться с помещиком своим достатком, стали передавать его по наследству.

Хозяйственная и общественная жизнь российского крестьянина протекала в рамках общины, которая существовала на Руси испокон веков. По реформе 1861 г. она получила статус сельского общества.

Крестьянская община, поземельная соседская организация мелких непосредственных производителей, являлась экономическим объединением и низшей административной единицей. Экономическую сторону общины составляли мероприятия по распределению и эксплуатации земельного надела. Как административная единица, община по закону должна была исполнять налоговые и полицейские обязанности.

Община строилась на сочетании коллективного землепользования и отдельного ведения хозяйства каждым семейством. Землей в общине крестьяне владели чересполосно. Каждому двору нарезались полосы и хороших, и плохих земель, и ближних, и дальних, и на пригорке, и в низине. Имея полосы в разных местах, крестьянин ежегодно получал средний урожай: в засушливый год выручали полосы в низких местах, в дождливый — на взгорках.

Происходил передел земли. Впрочем, в первое пореформенное 20-летие в губерниях черноземной полосы переделы стали редким явлением. Как ни высоки были здесь выкупные платежи, надел все же кормил крестьянскую семью, и крестьяне очень им дорожили.

По-иному в те годы обстояли дела в нечерноземных губерниях. Переделы земли в нечерноземных губерниях были частым явлением. Занятый на работе в городе, крестьянин не всегда успевал обработать весь свой надел. Все больше становилось заброшенных земель, за которые тем не менее взыскивались выкупные платежи и прочие налоги. 60—70-е гг. были тяжелым периодом в жизни деревни нечерноземного центра. Хотя тесное общение с городом быстро развивало у здешних крестьян предпринимательские навыки.

Так по-разному откликнулась реформа 1861 г. в разных российских землях. В общем же, несмотря на тяжесть выкупных платежей и полукрепостническую эксплуатацию со стороны помещиков, эта реформа значительно ускорила переход крестьян от натурально-потребительского хозяйства к товарно-рыночному.