В моей жизни это была бы самая красивая мечта, но такой человек, как я, не может позволить себе мечтать. Я желаю тебе всего наилучшего, Даниэль, я никогда тебя не забуду.

— Бля, бля, бля! — заорал Даниэль в плену неконтролируемого гнева, швыряя телефон на пол.

Шум трескающегося стекла вернул его в себя. Даниэль бросился на четвереньках искать мобильный под столом, и лихорадочно перечитал послание Лорен, ломавшееся между трещинами дисплея.

«Это невозможно, — повторял он про себя, — невозможно. Где я ошибся?»

Почему она отказала, именно когда он был уверен, что между ними создалось нечто особое? Чего Лорен боялась? Возможно, неправильно его поняла и опасалась, что он хочет её снова за деньги? Она обиделась? Проклятье, как она смогла понять, что он нуждается в ней?

Даниэль закурил на террасе виллы сидя в плетёном шезлонге, устремив взгляд на частную рощу, которая изолировала от окружения. Разум работал на безумной скорости, отбрасывая одну стратегию за другой.

Он вздрогнул от прозвучавшего напоминания о встрече с бухгалтером, но даже по дороге в офис специалиста, Даниэль не переставал ни на миг думать о лучшем способе её зацепить.

Момент был очень деликатный. У них сложились слишком хрупкие и неоднозначные отношения, а объединившее их, чёртово платное промежуточное соглашение теперь стало причиной недопонимания и недоверия между ними. Первый шанс прошёл впустую. Романтизм Лорен не поймал. Других возможностей у Даниэля было немного. Следующий шаг должен попасть точно в цель. Ещё и потому, что потребность в Лорен становилась всё более и более подавляющей.

Он даже не мог думать о том, что случится, если в этот момент его жизни рядом с ним не окажется Лорен. Вероятно, он снова станет животным и бросит себе вызов, в возможности достичь новой, более глубокой пропасти самоуничтожения, сотворив окончательное дерьмо.

Иметь её рядом, — это единственный билет к спасению. Билет, который он не мог купить ни за деньги, ни за свой шарм. И без этих двух он был обычным мужчиной как многие, севший задницей в лужу.

Это ему подтвердили и финансовые консультанты.

— Не волнуйся Джей Кей, даже если продолжишь жить на том же уровне затрат, сделанные тобой вложения гарантируют ещё один год ликвидности.

— Что? Всего лишь год? Я практически на мели, если немедленно не найду новую работу…

— Ну, всегда остаётся гипотеза уменьшить траты… — осторожно заметил один из бухгалтеров.

— Ты прав, я пришёл именно поэтому. Я хочу как можно быстрее детальную выписку о всех моих поступлениях: контракт за контрактом, гонорары за фильм, реклама, гаджеты, всё, что поступает в мой карман. И главное, хочу знать о каждом долларе, который уходит из моего кошелька.

— В этом нет проблемы, отчёты всегда в твоём распоряжении, мы отправляем их ежемесячно Рону…

— Рон больше на меня не работает. С сегодняшнего дня я сам отвечаю за свои финансы — где зарабатывать и от чего отказываться. По каждому решению обращайтесь ко мне.

— Но… мне кажется это сложная работа, требующая затрат по времени… ты уверен, что сможешь? Возможно лучше найти другого человека кому ты смог бы доверять.

— На данный момент я не доверяю никому. А также проведите оценку виллы, я не уверен, что хочу продолжать там жить.

Его собеседники с недоверием посмотрели друг на друга.

— Но Рон говорил, что великий актер не может не иметь представительную жизнь... соответствующую его имени... потому что продюсеры...

— Я меняю регистр. Продюсеры попросили меня о более узком профиле. И то, что говорил Рон, меня не интересует. На самом деле, окажите мне любезность, скажите ему, что наш контракт расторгнут, меня он больше не представляет. Предварительное уведомление, штрафы, я не хочу ничего знать. Дайте ему то, что правильно, и уберите с моего пути.

Возвращаясь домой, Даниэль ощущал лёгкость и самодовольство. Он возвращался к истокам, когда у него было меньше денег, но больше друзей, меньше успеха, но больше надежд и каждая новая перспектива могла пробудить в его сердце удивительную дрожь предвкушения. Он больше не будет дойной коровой, автоматом по продаже кокса, организатором бесплатных оргий для персонажей и статистов, которые вспоминали его только тогда, когда хотели проскользнуть к нему на вечеринку.

Но в этом проекте экзистенциальных изменений всё ещё не хватало основной части. Лорен. Без неё он не справится. Она стала элементом разрыва и одновременно стабильности, вокруг которой вращались его шансы на успех. Она бы заполнила пустоту, оставленную наркотиками и сливками общества, она бы проявила свою лучшую часть, и знала бы, как дать новую жизнь его таланту. Она, она, она. Он нуждался в ней.

Откровение шокировало его. Решение предстало перед ним в своей простоте. Даниэль припарковался на заправке и написал ей снова.