Глава одиннадцатая. Про события в Городе Желтых Труб, про конец невидимой стены и про то, чего не нашли Цивер и его товарищи

Старый Волшебник поставил перед Димкой небольшую коренастую фигурку в рабочей куртке, и Димка сразу догадался, что это — Цивер, рабочий, отец Гура.

— Да, это Цивер, — сказал Старый Волшебник, — он шел впереди рабочих… Нет, это, пожалуй, неправильно, — перебил сам себя Волшебник. — Цивер шел впереди рабочих по одной улице. А ведь рабочие шли по всем улицам города. Да, Димка, эта была удивительная и прекрасная картина! Люди — решительные и смелые — заполняли все улицы, с каждой минутой их становилось все больше и больше, потому что к ним присоединялись те, кто не успел еще добежать до площади перед Рабочим Клубом, к ним присоединялись даже многие из горожан, кто сначала струсил и не пришел на площадь.

Люди шли за город, туда, где возвышались Желтые Трубы. Вдруг впереди показались синие мундиры полицейских и желтые мундиры солдат. На солнце ярко сверкали штыки, тускло поблескивали стволы пушек.

— Назад! — раздался голос полковника Каниуса, когда рабочие подошли поближе. — Назад! — повторил он, и солдаты защелкали затворами.

— Вперед! — крикнул Цивер, и рабочие, не замедляя шага, двинулись на цепи солдат и полицейских.

Солдаты и полицейские вскинули винтовки, артиллеристы навели орудия…

— Огонь! — скомандовал Каниус.

Раздался залп. Упали раненые и убитые. Но колонны рабочих, наступавшие со всех сторон, не дрогнули. Они только ускорили движение. Это было похоже на чудо, хотя чуда никакого не было. И не выдержали солдаты и полицейские. Дрогнули их цепи и побежали, даже боясь оглянуться. Побежали, теряя фуражки, бросая оружие…

— Стойте! Стойте! Мерзавцы! — в отчаянии закричал полковник Каниус, пытаясь остановить бегущих в панике полицейских и солдат.

— Стойте! Стойте! — повторили за ним, как эхо, Нат и Ник.

Но бегущие и не подумали выполнить приказ своего полковника. Они просто сбили с ног Каниуса и его верных сыщиков и затоптали.

Волшебник взял в руку фигурку Каниуса, повертел перед глазами Димки и бросил в ящик. За ним туда полетели Нат и Ник.

— Как видишь, — продолжал Волшебник, — шестое чувство и на этот раз не обмануло полковника Каниуса, правильно предсказав ему близкий конец…

А рабочие бежали за Цивером и радостно кричали: «Победа!» «Победа!» «Победа!»

Цивер радовался вместе со всеми. Но его беспокоило сейчас одно — сохранился ли проход в невидимой стене или Кин-Хай после бегства Цивера закрыл его. Если проход открыт, то Цивер с несколькими рабочими проскочит в него, ворвется к Кин-Хаю и заставит его силой «выключить» эту невидимую стену. Если проход закрыт, то… Однако Цивер не успел решить, что будет делать в этом случае. Бежавшие устремились к стене. Цивер начал искать проход, но, что такое!.. Невидимая стена вдруг… рухнула под дружным натиском десятков тысяч людей. Могучее «ура» разнеслось по полю! Это «ура» и услышал Кин-Хай; это оно заставило его бежать.

Цивер облегченно вздохнул и побежал к подвалам, где были заперты рабочие. Все устремились за ним. Зазвенели стальные запоры, заскрипели железные двери, и ворвался свет в темные, сырые подвалы. Шатаясь от голода, выходили из подвалов заключенные, выносили на руках больных и радостно улыбались товарищам, спасшим их.

А Цивер уже вел рабочих по коридорам и комнатам подземного дворца. Это был даже не дворец, а настоящий подземный город — только казалось, что трубы стоят сами по себе! Вокруг них, под землей, находилось множество залов, коридоров, комнат.

Нужно было тщательно осмотреть даже самую маленькую комнату, самый незаметный коридорчик, самый укромный уголок, и во что бы то ни стало найти Кин-Хая, потому что пока он на свободе, всему миру угрожает страшная опасность.

Но Кин-Хая найти не удалось — он бесследно исчез, вместе с ним исчез маленький железный чемоданчик.