Турецко - испанская борьба за Тунис

Испано-турецкое противостояние в Тунисе приняло драматический оборот в середине 30-х годов XVI в., когда Хайраддин при помощи Стамбула и местных повстанцев совершил нападение на Тунис. В 1534 г. он взял Бизерту, Ла Гулетт (ныне Хальк-эль-Уэд) и после недолгого боя вступил в столицу. Султан Мулай Хасан вынужден был бежать на юг страны, откуда обратился за помощью к королю Испании и императору Священной римской империи Карлу V. Это предательство дела ислама окончательно похоронило последние останки авторитета Хафсидов среди тунисцев. Напротив, турецкие войска и корсарские флотилии представали в их глазах как силы, ведущие «священную войну» с неверными за истинный халифат. Вскоре Хайраддину удалось разместить свои гарнизоны в Кайруане и городах побережья.

В своих предприятиях Доргут пользовался полной поддержкой османских властей. Турецкие султаны той эпохи — Сулейман I и Мурад III — уделяли судьбе Туниса серьезное внимание. Дело в том, что это небольшое владение не только отделяло западную акваторию Средиземного моря (где господствовала католическая Испания) от восточной (находившейся под властью Османской империи), но и как бы вклинивалось между двумя бастионами турок, находившимися в Алжире и Триполи. Поэтому обладание Тунисом давало возможность закрепиться на морских путях Западного Средиземноморья и держать в напряжении торговлю противника.

Военно-морская поддержка Османской империи позволяла Доргуту уверенно чувствовать себя в течение двух десятилетий соперничества с испанцами. В конце 1550-х годов он смог объединить южную и центральную части Туниса, и только его гибель при осаде турками Мальты (1565 г.) приостановила тунисский джихад. Дело Доргута продолжил турецкий глава (бейлербей) Алжира Ульдж Али — итальянец, принявший ислам. Отбросив слабые хафсидские ополчения от тунисской столицы, он в 1569 г. укрепился в ней, оставив в руках испанцев только крепость Ла Гулетт.

Казалось бы, ничто уже не могло помешать объявлению Туниса провинцией (эйалетом) Османской империи. Однако перипетии морской войны смешали планы Стамбула. В 1571 г. флот Антитурецкой лиги, объединившей Испанию, Папскую область и Венецию, нанес туркам сокрушительное морское поражение при Лепанто. Ответом Османской империи стал захват Кипра, принадлежавшего Венеции (1572 г.). «Встречный ход» испанцев был сделан в Тунисе: в октябре 1573 г. победитель турок при Лепанто Хуан Австрийский неожиданно подступил к городу Тунис и взял его почти без борьбы, возведя на престол последнего хафсидского султана Мулай Мухаммеда (1573—1574 гг.)- Вести из Африки побудили Стамбул поставить точку в долгой изнурительной борьбе. В июле 1574 г. огромный флот из 320 кораблей высадил в Тунисе 40-тысячную турецкую армию под командованием Синан-паши. Ожесточенное сопротивление испанцев в столице и Ла Гулетт дорого обошлось туркам, однако в сентябре битва за город Тунис завершилась их полным триумфом, положившим конец династии Хафсидов и испанскому господству в стране.

Смутное время в Тунисе

Победа турок установила в Тунисе османские политические порядки. Вся полнота власти формально была сосредоточена в руках официального наместника султана (паши) и верховного мусульманского судьи (кади). Они управляли страной совместно с военно-политическим коллегиальным органом (диваном), в состав которого входили высшие военачальники и мусульманские духовные лица (алимы). Власть паши основывалась на военной силе янычарского войска (оджака), набираемого сначала из турок, а позже из левантинцев (выходцев из Восточного Средиземноморья). Немалую роль в политической иерархии Туниса играли офицеры османского флота, корпорация пиратских капитанов, а также привилегированные военные формирования из числа тунисских племен, на которые турки возложили сбор налогов с остальной части населения.

Первоначально ведущее положение во внутренней политике Туниса занимали янычары. Уже в первые годы турецкого правления янычарский оджак показал свою силу и амбиции в ходе демократического военного переворота 1590 г.

Возрождение традиций местной государственности в XVII в. имело противоречивые последствия для судьбы Туниса. Поначалу оно привело только к неустойчивости власти и постоянным междоусобицам, особенно усилившимся в последней четверти столетия. В этот период представители дома Мурадидов столь сильно увлеклись военно-политической борьбой, что крайне ослабили оборону страны. Это дало алжирским соседям шанс вмешаться в дела Туниса. Неоднократные, хотя и эпизодические, налеты отрядов алжирских деев в 1681, 1694, 1700 гг. расшатали власть Мурадидов, которая рухнула в 1702 г. в результате военного заговора.

Между тем, беспокойное «смутное время» в Тунисе все же не ввергло страну в ту анархию и кровавый передел власти, которые раздирали соседний Алжир. Тунисцы, еще с карфагенских времен привыкшие к действенной организации власти, постепенно заставили турецкую власть принять местные формы.