Вопрос 2. Реализация договоренности и контроль их исполнения

Медиатор не несет ответственности за договоренности, достигнутые в ходе медиации, их реализацию.

В странах англосаксонского права (прежде всего, в США), откуда современная медиация и начала распространяться по всему миру, только в последние несколько лет стали задумываться о проблеме ответственности медиатора, с точки зрения применения к нему санкций и предъявления исков.

Причем этот вопрос встал на повестку дня лишь потому, что за последние 10 лет имели место единичные случаи обращения сторон, участвовавших в медиации (или их юристов) в связи с действиями медиатора, нанесшими им ущерб (материальный или моральный).

В большинстве своем эти нарекания в адрес медиаторов были связаны с жалобами на нарушение принципа конфиденциальности, являющегося непреложным условием профессиональной этики медиатора. То есть речь шла лишь об утечке информации в результате процедуры медиации.

Медиаторы и организации, осуществляющие деятельность по обеспечению проведения процедуры медиации, несут ответственность перед сторонами за вред, причиненный сторонам вследствие осуществления указанной деятельности, в порядке, установленном гражданским законодательством. Вред может быть нанесён нарушением принципов медиации, основ профессиональной этики.

Помимо описанных выше требований к медиатору, также в рамках процедуры медиации не допускается правовое консультирование сторон, даже в контексте разъяснения правовых норм.

В Ульяновской области с 2011 года действует Автономная некоммерческая организация альтернативного разрешения споров «Ульяновский центр медиации и права» (АНО АРС «УЦМП»), созданной в целях оказания услуг регулирования споров, проведения процедуры медиации, развития медиации, защиты прав, законных интересов граждан и организаций.

Члены организации оказывают услуги в сфере семейной и школьной медиации. Так, в течении последних трех лет действует совместный проект с Общественной палатой Ульяновской области «Что не так». Жители области с помощью средств электронной связи или лично могут написать обращение о ненадлежащем исполнением органами власти действий и не доводя до жалоб и судебных разбирательств сотрудники подключаются и разбирают детальные вопросы.

В Иркутске действует более обширная сеть медиаторов. Иркутский центр медиации реализует проект «Мир в каждую семью: медиативные технологии урегулирования конфликтов замещающим родителям!». Родители из замещающих семей, которые берут на себя ответственность за детей, их воспитание, движимые благими намерениями, принимая ребенка в семью, зачастую оказываются заложниками своей педагогической некомпетентности. Они обладают необходимыми психологическими и социальными качествами, но не всегда бывают готовы к тому, что дети-сироты и дети, оставшиеся без попечения родителей, как правило, имеют психологические проблемы, проблемы в эмоциональной, социальной сферах.

Многие страдали от длительных конфликтов в биологических семьях, пережили насилие (психическое, физическое), неблагополучие, пренебрежительное отношение. Дети, какое-то время находившиеся в социообразовательных учреждениях, «несут» иной стереотип построения отношений между людьми, им трудно принять правила семейной жизни. Поэтому дети, попадающие в замещающие семьи, с одной стороны, имеют проявления конфликтного поведения, с другой стороны – не научены конструктивному поведению в конфликте.

Родителей обучают технологиям раннего выявления семейного неблагополучия и профилактической работы с семьями и детьми, находящимися в трудной жизненной ситуации, механизмам профилактики лишений родительских прав, механизмам профилактики отказов от детей в родильных домах, оставления детей в детских больницах.

Медиатор является совершенно нейтральным лицом, т. е. он не даёт ни юридические, ни психологические, ни какие-либо иные конкретные советы сторонам в рамках ситуации. Медиатор не имеет права дать юридические советы, даже когда видит, что одна из сторон явно не знает о своих преимуществах, предусмотренных действующим законодательством. Он даже не может отправить его юристу, которого считает необходимым порекомендовать.

Медиатор отвечает исключительно за процесс, а не за результат. Поскольку каждая конфликтная ситуация уникальна по-своему, для ее разрешения необходимо участие профессионального узкоспециализированного медиатора. Примером подобной ситуации может служить конфликт между медицинской организацией и пациентом, которому на его взгляд ненадлежащим образом оказана соответствующая медицинская услуга.

В данных ситуации действия медиатора направлены на урегулирование спора, выявление потребностей и интересов субъектов, на основании которых оказывается содействие сторонам в принятии действительно взаимовыгодного решения.

При этом имеет место довольно широкая вариативность разрешения конфликта, содержание которой может быть определено исключительно профессионалом (в приведенном примере в сфере здравоохранения). Это также позволит устранить необходимость в заключении эксперта или мнении специалиста, требующих как финансовых, так и временных затрат.

Правовая неграмотность субъектов гражданского оборота, нередко заключающаяся в том, что у большинства граждан нашей страны институт примирения отождествляется исключительно с мировым соглашением, а также низкая популяризация медиации в качестве альтернативного способа урегулирования спора ограничивают применение рассматриваемой процедуры.

Неосвещенность и неясность вопроса вызывает отторжение общества от применения этой процедуры, вероятно, даже не от такового способа, а от отсутствия сведений о статистике ее применения в правовой среде, эпизодическая правоприменительная практика, указывающая на ее положительное воздействие на разрешение спора.

Основой признания соглашения в суде недействительным может оказаться «недействительность сделки, совершённой под влиянием заблуждения».

Стороны должны найти совместные интересы и взаимную выгоду там, где это возможно, основываясь на нормах справедливости. Медиативное соглашение не всегда может соответствовать правовым нормам.