Против Манифеста Блэра-Шрёдера

                 а) Обзор 30 лет спустя

На основе объективного анализа сегодняшних реалий мы должны безоговорочно осудить восторженный диагноз Манифеста Блэра-Шрёдера в отношении новаторского, победоносного, процветающего капитализма.

Капитализм в постоянном кризисе

Последний доклад Комиссии Торговли и Развития ООН показывает, что средний экономический рост в мире за десятилетие с 1989 по 1999 гг. не превышает 2%. Это меньше показателя роста мирового населения. Следовательно, средний доход на душу населения снизился.

  Недостаточный рост и систематическая нестабильность, свойственные капитализму, способствуют умножению кризиса. Особо показателен пример Азиатского кризиса 1997 г. Он поразил предположительно самую динамичную область мировой экономики, представляющую треть мировой торговли и, наряду с США, единственную область мира с постоянным промышленным ростом.

С начала 90-х гг. чистые поступления капиталов в Индонезии, Корее, Малайзии, на Филиппинах и в Таиланде намного возросли и в 1996 г. составили 93 миллиарда долларов. Когда ураган поочередно захватывал эти рынки, потоки изменялись ежедневно. В 1997 г. чистый отток капиталов достигал 12 миллиардов долларов. Подобные колебания затрагивали 11% ВВП пораженных стран (по докризисным оценкам).

Под давлением финансового кризиса массы фиктивных денег, поступающие из "спекулятивного пузыря", исчезают за несколько часов. А исчезновение этих капиталов, даже виртуальное, имеет драматические последствия для реальной экономики. Множились банкротства. Безжалостно кромсались бюджеты образования и здравоохранения. Более 13 миллионов человек потеряли работу. При невероятном росте цен на предметы первой необходимости резко сократилась заработная плата - в Индонезии показатели падения составили 40-60%. Так возник резкий социальный спад, положивший конец десятилетиям прогресса, считавшегося необратимым.

Взаимозависимость, вызванная глобализацией мировой экономики способствует тому, что эффекты кризиса затрагивают все секторы во всех странах. В конечном счете, за период 1998 – 2000 гг. Азиатский финансовый кризис сократил мировое производство примерно на 2000 миллиардов долларов. Сокращение спроса вызвало падение цен на более 25% сырья (медь, нефть). Это ведет к эквивалентному снижению экспорта многих стран. В Анголе, например, падение поступлений на 25% вызвало снижение ВВП на 18%.

Капитализм досуга

Ввиду непосредственной взаимосвязи финансовых сил мобильность капитала навязывает целую систему контроля, определяющую повседневную жизнь участников договоров.

Так установлены многие показатели для сравнения ежедневной доходности крупных групп.

Следовательно, всякая, даже самая малая разность доходности может быть наказуема.

В этих условиях все решения управляющих определяет обязательный стандарт максимальной финансовой доходности для акционеров – всем известный заданный коэффициент.

Эта "диктатура акционеров" навязывает краткосрочный анализ. Предусматривается предел стратегии каждой фирмы при необходимости перспективных планов, структурных преобразований или постепенных ответов на будущие потребности. Средний срок вложения средств не превышает 6 месяцев. Поэтому американские фирмы, представленные на фондовом рынке, составляют уже не годовые, и триместровые отчеты. Доверие инвестора напоминает разгневанное Божество. Порой его может задобрить жестокий ритуал – увольнение работников без всяких экономических оснований. Это символический сигнал того, что управляющий фирмы всегда готов на любые человеческие жертвы в угоду ожиданиям акционеров. Главное напомнить, что монополия власти капитала – реальная сила при распределении богатства.

Погоня за финансовой прибылью связана с беспрецедентными показателями доходности. Пенсионные фонды при вложении средств требуют годовой доходности в 15%. Инвесторы руководствуются этим средним процентом, а не абсолютными показателями. Вот почему изымаются вложения даже из прибыльных фирм.

Безусловно, такая доходность достигается только за счет ухудшения распределения произведенного богатства между трудящимися и акционерами. В масштабах одной страны эта логика ведет к неуклонному разрушению социальных прав и трудового законодательства. Мы, трудящиеся, должны иметь возможность выбирать объем времени, который отводится для труда. Гибкость, которую требует капитал, не следует смешивать с такой свободой выбора.