Политическая и экономическая система

       Структуры политического и экономического типа настолько переплетены в современной России, что можно рассмотреть их совокупное воздействие на повседневную жизнь работников. Они играют предопределяющую роль в процессе активизации или отката активистского потенциала. Многие социологи указывают на значение политической системы и "структур политических возможностей", которые, с одной стороны ограничивают протестный потенциал движения, а с другой стороны создают предпосылки для протеста[10]. И в России наблюдение динамики коллективных действий подтверждает эту взаимосвязь между экономическо-политическими структурами и протестным движением, по крайне мере на макро-уровне. Относительно высокая социальная активность 1989-1991 гг., которая привела Б. Ельцина к власти, сменилась периодом ее спада вплоть до 1994 г. Октябрьский кризис, разрушивший доверительное отношение к власти, а также обострение экономического кризиса привели к росту коллективных акций. Основное их отличие от акций в период 1989-1991 гг. заключалось в том, что они проходили не в форме демонстраций, а в более жестких формах сопротивления, в виде забастовок, перекрытия дорог, голодовок, захвата предприятий и т.п. Ужесточение происходило по мере того, как становилось очевидным, что традиционные меры неэффективны в то время, когда усиливалась борьба за собственность.

В период с 1997 по 1999 пришел пик коллективных действий, отмечен такими явлениями, как "рельсовая война", продолжительные эксперименты рабочего контроля над производством (например, на целлюлозно-бумажном комбинате Выборга, на ясногорском машиностроительном заводе), или "палаточные городки" (например, в Ярославле или Астрахани). В то же время кризис легитимности власти тоже достиг самых высоких вершин. Стачкомы и демонстранты требовали отставки Ельцина и жестко противостояли новым собственникам, купившим заводы с целью перепродажи или спекуляции. Недовольство политической властью и олигархами все росло.

С приходом Путина во власть активность резко угасла. И на сегодняшний день она достигает самого низкого уровня. Новой путинской власти удалось дать образ о себе, который соответствует ожиданиям населения, играя на патриотическом и антиолигархическом настроениях, на востребованности в порядке и стабильности, а сегодня даже и на стремлении к социальной справедливости (т.н. "борьба против бедности"). Благодаря удачному манипулированию этими ценностями и монополизации административных ресурсов путинская власть де-факто уничтожила политическую оппозицию, которая могла бы служить референтом для социальных движений. В то же время как в экономическом плане власть крупных предпринимателей укрепляется, что выражается ослаблением позиций профсоюзов и наемных работников на предприятиях.

Официальные нормы

       Последнее время отмечается тоже перемены в официальных нормах (законах) и провозглашенных ценностях. Как мы уже отметили, ценности, к которым ссылаются чаще всего работники, в значительной степени соответствуют официальной идеологии новой российской власти, что не способствует появлению оппозиционно настроенного социального движения, основанного на альтернативных ценностях, по крайне мере, что касается формально провозглашенных ценностей. Во время правления Ельцина ситуация выгладила иначе: во многом, официальная идеология, которая воспринималась как поощрение беспредела и обогащения любыми средствами, расходилась с провозглашенными работниками ценностями. И уровень активности, действительно, был в среднем выше, чем сейчас.

       Законодательные нормы также меняются быстрым темпом в период Путина. Обо всем нельзя упомянуть, а что касается предмета наших размышлений, достаточно указать, что в основном новые законы нацелены на ограничение свободы и возможности коллективных действий. Это и проект закона о митингах, и новый Трудовой Кодекс, который сузил законные рамки для забастовок, и закон о борьбе против экстремизма, под действие которого может попасть любой оппозиционно настроенный активист, и многое другое. Если к этому добавить еще и активизацию деятельности органов правопорядка и спецслужб, то становится понятно, что общий государственный порядок препятствует общественной деятельности.

Неформальные структуры

       Различение между формальными и неформальными структурами коллективного действия носит чисто аналитический характер, поскольку они переплетены и взаимосвязаны. Поэтому и в ходе наших предыдущих размышлений мы уже упоминали неформальные правила структурирования социально-трудовых отношений. Отличие неформальных правил в том, что они являются неписаными, не провозглашаются открыто, и проявляются скорее в повседневных практиках работников. Их изучение требует использования методы качественного полевого исследования. Мы основываем наш анализ на результатах глубинных интервью и наблюдений.