Он почти всю жизнь заикался из-за детской психологической травмы

Он почти всю жизнь заикался из-за детской психологической травмы

Будущий Кэрролл родился в семье английского приходского священника, женатого на собственной двоюродной сестре. Кроме него, у родителей было ещё 3 сына и 7 дочерей. Чарльза, как самого старшего, воспитывал сам отец, которого тоже звали Чарльзом. Этот человек был строг с ребёнком и много сил потратил на то, чтобы отучить его быть левшой. По некоторым данным, именно запрет писать левой рукой повлиял на мальчика так, что он начал заикаться. Согласно другой версии, заикание он заработал, пока учился в школе-интернате, куда его отправили в 12 лет. Годы спустя автор признавал, что не всё там было плохо, но «никакие земные резоны» никогда не заставили бы его ещё раз пройти через пережитое там. Особенно его раздражали полное отсутствие личной жизни и грубые издевательства со стороны других учеников. Подробности издевательств неизвестны. Так или иначе, появившееся заикание писатель пронёс через всю жизнь.

Возможно, что на Чарльза повлияли также многочисленные болезни. После перенесённой в детстве лихорадки он полностью оглох на одно ухо, а после коклюша, пережитого в 17 лет, без конца маялся «слабой грудью». В более зрелом возрасте Доджсона начали одолевать сильнейшие мигрени, вплоть до галлюцинаций и эпилептических припадков.

Он пошёл по стопам отца, но священником так и не стал. Возможно, из-за чрезмерной любви к театру

Семья Доджсонов включала несколько поколений священнослужителей. Чарльза-младшего тоже готовили к такой карьере, даже отправили учиться в Оксфордский колледж Крайст-Чёрч (в дословном переводе – «Церковь Христа»), выпускники которого нередко становились выдающимися проповедниками. Во время учёбы будущий автор «Алисы» проявил потрясающие способности к математике, а потом, к удивлению отца, двинулся не в ту сторону – решил остаться в колледже читать лекции по любимому предмету. По уставу Крайст-Чёрч ему пришлось принять духовный сан, так что 22 декабря 1861 года он был рукоположен в сан диакона. Такой статус давал ему право читать проповеди без работы в приходе, но Чарльз никогда этим правом не пользовался. Более того, он отказался от дальнейшего продвижения в священнической иерархии.

Некоторые считают, что виной тому стало его заикание – трудновато читать проповеди, если не можешь нормально выговаривать слова. Другие биографы указывают на отсутствие у Доджсона интереса к религии и неприемлемую для настоящего священника страсть к театру. В те годы такое увлечение могло прилично подпортить репутацию. В середине XIX века театры и представляемые ими пьесы были очень фривольными и легкомысленными (читайте – пошлыми и глупыми). Ни один член семейства Доджсонов, кроме Кэрролла, за всю свою жизнь не был в театре, потому что этого им не позволяли нормы приличия.

Из стен Крайст-Чёрч вышло 13 британских премьер-министров, множество членов правительства, епископов и государственных служащих

Он почти всю жизнь заикался из-за детской психологической травмы

Будущий Кэрролл родился в семье английского приходского священника, женатого на собственной двоюродной сестре. Кроме него, у родителей было ещё 3 сына и 7 дочерей. Чарльза, как самого старшего, воспитывал сам отец, которого тоже звали Чарльзом. Этот человек был строг с ребёнком и много сил потратил на то, чтобы отучить его быть левшой. По некоторым данным, именно запрет писать левой рукой повлиял на мальчика так, что он начал заикаться. Согласно другой версии, заикание он заработал, пока учился в школе-интернате, куда его отправили в 12 лет. Годы спустя автор признавал, что не всё там было плохо, но «никакие земные резоны» никогда не заставили бы его ещё раз пройти через пережитое там. Особенно его раздражали полное отсутствие личной жизни и грубые издевательства со стороны других учеников. Подробности издевательств неизвестны. Так или иначе, появившееся заикание писатель пронёс через всю жизнь.

Возможно, что на Чарльза повлияли также многочисленные болезни. После перенесённой в детстве лихорадки он полностью оглох на одно ухо, а после коклюша, пережитого в 17 лет, без конца маялся «слабой грудью». В более зрелом возрасте Доджсона начали одолевать сильнейшие мигрени, вплоть до галлюцинаций и эпилептических припадков.