В 1988 году Вы были самым желанным издателем?

Да, со всем этим успехом я даже, наверное, "слетел с катушек". Для меня, того, кто начинал когда-то с нуля, все эти деньги были безумием. На протяжении двух лет я, должно быть, действительно был несносным. Люди, которые знали меня в то время, вероятно, сохранили плохие воспоминания обо мне. У меня есть недостаток - это моя прямота. Когда песня мне не нравится, я говорю людям об этом, даже начинающим: это более честно, даже если в моей профессии предпочитают комплименты и расшаркивания. Но проблема в том, что они никогда и ни к чему не приведут.

Почему Вы ничего не сделали для Жаки Кварц после выхода её сингла "A la vie а l'amour”?

Жаки очень сильная личность, как и я, и наши страсти могли быть не только созидательными, но и опустошающими. В 1988 году, когда я еще был с Милен, приключилась невероятная история. Жаки жила на улице Кенкампуа, 18, в прекрасном модном трехэтажном доме. И вот однажды Милен мне говорит, что хочет переехать на другую квартиру. Так как она всё ещё жила в подобии кукольного домика, я поддержал её относительно переезда в большую квартиру, размеры которой соответствовали бы её статусу звезды. И по самой невероятной случайности, Милен выбрала квартиру в доме номер 18 по улице Кенкампуа. Это было ужасно! Я не мог прийти повидаться с одной, чтобы не быть замеченным другой. Их "сожительство" длилось 3 года. И если Милен была очень сдержанна относительно замечаний в адрес Жаки, то в случае Жаки всё было иначе. Но несмотря на всё это, я полагаю, что любил Жаки так же, как и Милен- до безумия. После промоушена "A la vie a l 'amour" в один прекрасный день мне позвонил Уотермен (из Stock Aitken et Waterman) и сказал: "Я хотел бы сделать ремикс Жаки Кварц". Сказано – сделано, и ремикс вышел повсюду в Германии, в Великобритании но песня-то была на французском. Сегодня я понимаю, что тогда мне сопутствовала удача, когда все эти люди были у меня на телефоне. Это было исключительное время. Ведь это "ненормально", когда в 35 лет у тебя в активе 23 "золотых" диска.

Вы оставляете Милен в 1989 году…

Да, после декабрьских концертов в Берси. Осенью 1989 года мы вместе с Тьери Сюком сделали 70 концертов турне. Мы были измотаны, и физически, и морально. Несмотря на то, что Милен мне написала письмо, заканчивающееся словами "Я тебя люблю как никто другой", и просунула его под дверь моего гостиничного номера во время этого турне, напряжение всё же росло. Тогда также была война с Жанной Мас во время известной телепередачи. Должен признаться, Милен никогда и ничего не говорила против Жанны. Она решила, что лучше будет сохранять молчание. И она была права. После своего концерта в Берси в сентябре 1989 года, Жанна решила устроить турне в то же самое время, что и Милен, и даже в тех же самых городах, но преимущественно днём раньше. Но это было невозможно, так как у публики не было достаточно денег, чтобы пойти на оба концерта. Я хотел во всё это вмешаться, но Милен не хотела, а Лоран занял выжидательную позицию. Жанна, которая находилась в начале своего ухода с эстрады, решила в последний момент не устраивать своё турне из 40 концертов.

После Берси я решил устроить ещё один праздничный ужин, опять-таки для прессы и для коллег по цеху. Великолепный ужин на 500 человек в Школе изящных искусств. Там Милен, а соответственно и мне, должны были вручать "бриллиантовый" диск от звукозаписывающей компании. Вот там-то всё и провалилось. Мне хотелось чего-то звёздного и торжественного, а Ален Леви не устроил никакого представления. Он вручил Милен диск, когда все уткнулись носами в свои тарелки. Не было никакой сценографии, никакого волшебства. Я не мог с этим смириться. И тогда я заорал… и вечеринка превратилась в кошмар. У меня была непомерная мания величия, сегодня я это осознаю, так как я снова обрёл физическое и психическое равновесие.

Руководство не любит независимых. Возможно, это был способ приуменьшить Вашу значимость в достижении успеха. Что думала по этому поводу Милен?

Она была потрясена… Она попыталась меня успокоить, сказав, что если я буду продолжать, то она уйдёт. Все стали расходиться. Милен прислала мне телеграмму: "Если я тебе нужна, я здесь". Эта девушка необычайно человечна. А в тот момент я так хотел её видеть. Через месяц она мне позвонила и сказала: "Всё, прекращаем работать вместе. Твоё поведение стало невыносимым".