Июня 1941 г. Первый день войны

Оперсводка № 01 штаба Северного фронта, подписанная генерал-майором Никишевым в 22.00 22 июня 1941 г., зани­мает три страницы машинописного текста [251]. Никаких упоминаний о налетах авиации противника в сводке штаба фронта нет.

Что касается четырех истребительных авиадивизий, не­посредственно прикрывавших Ленинград (5-я ИАД, 39-я ИАД, 3-я ИАД, 54-я НАД), то в интересующем нас времен­ном периоде доступны только оперативные документы 39-й ИАД. Фонд 54-й ИАД обнаружить не удалось (возможно, это связано с тем, что еще 19 июня 1941 г. вышел приказ наркома обороны СССР о реорганизации 3-й и 54-й дивизий в 7-й ис­требительный авиакорпус ПВО страны). Фонд 3-й ИАД со­держит лишь документы политотдела более позднего перио­да ивсе еше секретные документы военной прокуратуры; оперативные документы, хранящиеся в фонде 5-й ИАД, на­чинаются почему-то с 15 августа 1941 года...

В оперативной сводке 39 ИАД (штаб в г. Пушкин) № 1 от 6.00 23 июня 1941 г. читаем: «39-я ИАД с 2.30 22июня до 6.00 23 июня боевых вылетов не производила, имея части в боевой готовности» [252]. Разведывательная сводка № 01 от 18.00 22 июня констатирует: «Самолеты противника в районе базиро­вания частей дивизии не отмечены».

Это те сведения, которые штаб 39-й ИАД получил само­стоятельно. А вот в той части разведсводки № 01, которая была основана на информации, полученной от соседей и/или вышестоящих штабов, появляется описание двух эпи­зодов войны в воздухе: «Пять звеньев «Ме-110» курсом на Кронштадт, одно звено на высоте 1500 м, два звена на высоте 70—80 м. При обстреле нашей ЗА и появлении наших истреби­телей ушли на Виролахти (населенный пункт на берегу Фин­ского залива рядом с границей. — М.С.).

В 4.00 два трехмоторных самолета противника торпеди­ровали суда в районе Кронштадт, нашей ЗА сбит один самолет противника» [253].

Скорее всего, о тех же двух эпизодах пишет в своих ме­муарах и бывший командующий ВВС Северного фронта (Ленинградского округа) А.А. Новиков: «...В город война во­шла в 3 часа утра, когда ленинградцы еще крепко спали. В это время высоко в небе промчалась девятка истребителей, ведо­мая старшим лейтенантом Михаилом Гнеушевым. Еще через двадцать минут под Ленинградом разгорелась первая воздуш­ная схватка —летчики-истребители Шавров и Бойко вступи­ли в бой со звеном «Me -110». В 4 часа утра 12 немецких самоле­тов пытались заминировать фарватер в Финском заливе, но были отогнаны морскими летчиками. Несколько позже 14«Ме-109» сделали попытку отштурмовать один из наших аэродро­мов под Выборгом. Врага встретила и прогнала группа летчи­ков 7-го истребительного авиаполка во главе со старшим лей­тенантом Николаем Свитенко» [244].

В известной монографии «Под крылом — Ленинград», написанной подполковником И.Г. Иноземцевым, эти же со­бытия описаны следующим образом: «...В четыре часа утра 12 самолетов тремя группами произвели налет на район Крон­штадта и сбросили мины в воды Финского залива. В то же вре­мя 14 двухмоторных истребителей Me -110 появились на малой высоте в районе аэродрома у города Выборга. Им навстречу взлетело по тревоге дежурное звено самолетов И-153 7-го ис­требительного авиаполка, а за ним еще четверка истребите­лей во главе с командиром эскадрильи старшим лейтенантом П. И. Свитенко. Советские летчики атаковали «мессершмиттов», которые, не приняв боя, поспешили скрыться в сторону Финского залива...» [254].

Эпизод с двухмоторными «Ме-110» вымышлен от начала и до конца. Самолетов этого типа в составе 1-го Воздушного флота люфтваффе не было вовсе. В составе 5-го В.ф. они бы­ли, но четыре Me-110 c аэродрома Банак на крайнем севере Норвегии не могли долететь до Выборга даже «в один ко­нец». Ни в составе финских ВВС, ни в составе подразделе­ний люфтваффе, хотя бы эпизодически появлявшихся в ию­не 41-го на финских аэродромах, «Me-110» никогда не чис­лились. Наконец, совершенно неправдоподобно выглядит сообщение о том, что 14 Ме-110 «поспешили скрыться» от одного звена (3 самолета) довольно устаревших к тому вре­мени бипланов И-153. Если бы такая встреча состоялась а реальности, то, скорее всего, счет потерь ВВС Ленинград­ского округа был бы открыт уже ранним утром 22 июня...

Трудно даже предположить, какое действительное собы­тие могло стать причиной появления слухов про «14 двухмо­торных истребителей» над Выборгом. Определенное внеш­нее сходство с Me-110 было только у «Дорнье» Do-215 (двух­моторный и двухкилевой), и в предрассветных сумерках эти самолеты могли перепутать. Два Do-215 находились в соста­ве звена дальней разведки на финском аэродроме Луонетьярви. Однако 2 — это не 14, а дальние разведчики совершали полеты над глубоким тылом противника на предельно воз­можной большой высоте. Ни на высоте 1500 м, ни тем более на высоте 70—80 м над землей дальние разведчики не лета­ют — это и опасно, и нецелесообразно (сокращается зона об­зора территории противника).

В докладах командования пограничных войск НКВД и вовсе появляются «бескрайние вороньи ряды» из «43 немецких самолетов», которые в 3.50 22 июня якобы «нарушили границу и пошли курсом на Карельский перешеек» [264]. Правда, ника­ких вещественных следов в виде сбитых и упавших на совет­ской территории самолетов, сброшенных бомб, воронок и разрушений эта «устрашающая армада низко летящих само­летов» не оставила...

«Два трехмоторных самолета противника», которые яко­бы «торпедировали суда в районе Кронштадт», они же — «12 немецких самолетов, которые пытались заминировать фарватер в Финском заливе» — это, скорее всего, те самые 14 «Юнкерсов» Ju-88 из состава авиагрупп KGr-806 и Kü.Fl.Gr-506, которые на рассвете 22 июня минировали подходы к ВМБ Кронштадт, а после успешного выполнения за­дания («отогнаны морскими летчиками» они были только в сочинениях советских мемуаристов) приземлились для доза­правки на финском аэродроме Утти.

Минирование бухты Кронштадта было зафиксировано (но, к сожалению, не пресечено) и командованием Красно­знаменного Балтфлота. Бывший командующий КБФ адми­рал В.Ф. Трибун в своих мемуарах пишет:«... В 4 часа 45ми­нут командир Кронштадтской военно-морской базы контр­адмирал В. И. Иванов доложил мне по телефону, что видел сам, как несколько вражеских самолетов сбросили мины на Кронштадтский фарватер и открытую часть Ленинградского мор­ского канала, а один из самолетов обстрелял находившийся на Красногорском рейде транспорт «Луга» [195].

Достоверность налета на Кронштадт сомнений не вызы­вает, но следует отметить, что относительно точное описа­ние событий обнаруживается лишь в послевоенных воспоминаниях А.А.Новикова. Разведывательная сводка № 01 штаба 39-й ИАД, написанная по горячим следам событий, содержит очень большие неточности: 2 самолета вместо 14, «трехмоторные самолеты» (ими могли быть только тяжелые транспортные Ju-52) вместо двухмоторных бомбардировщи­ков Ju-88, «торпедирование» вместо имевшего место в действительности сброса глубинных мин. Для целей данного ис­следования более важно отметить, что про использование финских аэродромов для выполнения налета на Кронштадт не упоминают ни единым словом ни составители разведсводки № 01, ни бывший командующий ВВС Ленинградского округа. Скорее всего, факт посадки и дозаправки немецких самоле­тов на финском аэродроме Утти вовсе не был известен советскому командованию.

Двумя эпизодами, произошедшими ранним утром, все зафиксированные и известных боевых донесениях (или упо­мянутые в послевоенных книгах) боевые действия в небе над Ленинградской областью и Карелией в первый день войны исчерпываются.