Билет 20; Журналистика периода «оттепели». ХХ съезд КПСС и советская периодика (газета «Известия», журналы «Новый мир», «Юность»). А.Т. Твардовский – журналист, редактор.

 

Итак, начнем с исторического контекста.

Нужно понимать, что доклад Хрущева - это не первый шаг на пути к изменению режима, скажем так, не первая ступень «оттепели». В начале 50-ых годов ликвидировали Особое совещание при НКВД, начали сворачивать систему ГУЛАГ, пересмотрели политические дела, связанные с послевоенными репрессиями. Кто-то был реабилитирован, кто-то амнистирован. Выходят из тюрем полит.заключенные. Стоит сказать, что в лагерях прошли массовые акции неповиновения - всё это проходило не просто так. Людям же нужно было понимать, кто «свой», а кто «чужой» и против партии и Сталина. Хрущеву необходимо было показать, что он непричастен к репрессиям, ему, в конце концов, просто нужно было утвердить свою власть.

14-25 февраля 1956 год - XX съезд КПСС (NB). Развенчание культа личности Сталина. В докладе были признаны масштабы репрессий и масштабы того беззакония, которое царило в это время. Всё это объяснялось исключительно личностью Сталина, было подчеркнуто, что в СССР не было объективных предпосылок для таких процессов, а политический курс, намеченный ещё в 1917 году - единственная правда и истина. В общем, Сталина обвинили и в неготовности к войне, в первых поражениях. Намечалось возвращение к «духу марксизма-ленинизма», «к ленинским принципам советского социалистического демократизма» (из доклада).

Люди, конечно, были потрясены. Разрушилась концепция жизни целого поколения людей, которой они волей-неволей придерживались.

В 1956-1957 годах реабилитировано свыше 500 тысяч человек.

Хрущев стал настоящим лидером. У него был конфликт с Жуковым, который в то время был чрезвычайно популярен в армии. Конечно, Хрущев не хотел, чтобы такая масса людей, тем более объединенная после такой войны, была настроена против него. Жуков был снят с должности министра обороны, его обвинили в «бонапартизме». Малиновский стал новым министром. Жуков и разгром «антипартийной группы» в лице Маликова, Кагановича, Молотова, Шепилова, которые выступали с критикой Хрущева, стали шагом к усилению влияния партийно-государственной номенклатуры в центре и на местах.

12 апреля 1961 г. вышли специальные экстренные выпуски «Правды» и «Известий» с сообщениями о первом полете человека в космос. Им стал Юрий Гагарин.

 

Название исторического периода связано с книгой Ильи Эренбурга «Оттепель» (1954).

 

Обозначим основные тенденции этого периода.

 

Возможность выбора / Литературная реабилитация //

Многие произведения, ранее запрещенные, стали печататься в литературных журналах. Литературная реабилитации Есенина, Грина, Бунина, Цветаевой, Мандельштама. Именно их и публиковали такие издания как «Новый мир» (К.Симонова и А.Твардовского), «Молодая гвардия» (А.Макарова), «Москва» (Н.Атарова), «Юность» (В.Катаева). Читатель смог сам выбирать, какой источник считать достоверным. Можно было солидаризироваться открыто, гласно, а не тайно, беззвучно: появился выбор литературной, нравственной, политической позиции и он обрел форму в журналах и публицистике.

 

Литературная оппозиция

Казавшаяся единой советская культура раскололась на две неприменимо враждующих группы. Литература разделилась на два лагеря: были те, кто отчаянно сопротивлялся всем начинаниям и инициативе печати публикации ранее не опубликованных советских писателей и поэтов - Союз писателей СССР. С другой стороны была легальная уже к тому моменту оппозиция (см пункт 1).

Эзопов язык

Писатели, журналисты, поэты и деятели искусства пользовались эзоповой речью. Вошло в обычай, норму оценивание художественного образа не только по текстуальному значению, но и по заложенному в них подтексту, по контексту, в котором образ воспринимается.

У читателя вырабатывалась привычка искать аллюзии, намеки, тайны, «закодированные» в словах, фразах, сюжете. В сталинскую эпоху это было неприемлемо - в любом иносказании «литературоведы в штатском» могли увидеть призывы к свержению, подрыву или ослаблению власти Советов (ст. 58 УК РСФСР)

Литература «от противного»

Читатель знал, что если на какое-то произведение, автора, журналиста появляется «официальная» критика, то (скорее всего) он действительно заслуживает внимания. А если книгу расхваливали, то это казалось подозрительным.