Согласно тантре, этот тип перевернутой позы «Ворона» является полезным для направления сексуальной энергии к головному центру женщины. В результате ее способность к ясновидению может усилиться

Современная фотография

Сексуальные выделения мужчины легко всасываются слизистыми мембранами рта и языка женщины. Они легко усваиваются головным центром и вызывают изменения в секретах желез по всему телу женщины. Правильное использование позы «Ворона» для орально‑генитального секса вызывает длительные и полезные изменения в организмах обоих партнеров.

Даосизм учит, что взаимный орально‑генитальный секс вызывает особый энергетический цикл, который помогает гармонизировать жизненные элементы тела

С японской картины XVIII века

«Когда Парвати пьет семя Шивы, она действует так, как богиня‑змея, которая обвивается вокруг лингама. Она пьет эликсир сомы непосредственно из его источника».

«Садчакрани‑пурана»

Тантрическое эротическое искусство иногда изображает позу «Ворона», когда мужчина стоит, а женщина перевернута вверх ногами. Эта позиция используется для проведения энергии и требует от мужчины большой физической силы. Женщина должна расслабиться и позволить энергии из ее йони стекать к голове. Мужчина должен стараться всосать выделения из рта женщины через лингам путем контроля дыхания и диафрагмы. Он должен всасывать их тонкими мембранами своего полового органа. Его задача состоит в том, чтобы довести партнершу до экстаза, но при этом удерживаться от семяизвержения. Перевернутое положение женщины позволяет ей направить свою энергию вниз к головному центру. Это очень сильно тонизирует, придавая энергию ее Тонкому Телу, и усиливает ее способности к концентрации. Мужчина должен использовать свой язык как лингам, отдавая энергию, вместо того чтобы брать. Проводя сексуальную энергию так, можно сознательно прийти к одновременному длительному оргазму. Прежде чем извергнуть семя, мужчина должен изменить позу и лечь на спину, чтобы женщина была сверху, тогда партнеры смогут получить равную пользу. Физическое напряжение, требуемое от мужчины, вместе с абсолютной расслабленностью, которая выпадает на долю женщины, дает трансцендентальный эффект. Когда они в результате отдыхают, лежа на спине, их разум открывается новым измерениям. Это очень важный момент, способствующий медитации и духовному Освобождению.

«И голова его отдыхает между ее бедер, и адепт испивает из глубокого Источника Жизни. А женщина сверху, богиня, заставляет его силу расти и преображаться в поля Будды в ее разуме. Под нею адепт вызывает своим орудием волны мудрости. Каждый из партнеров медитирует на трансцендентальном опыте недвойственности, реки сливаются и выходят из берегов, больше не существует никаких ограничений».

«Чандамахаросана‑тантра»

«Игра на флейте»

Китайская эротическая литература часто говорит об «Игре на флейте» – это еще одно название контакта рта женщины и лингама. Рот женщины может играть с лингамом бесконечно разнообразными способами, от легкого полизывания, прикосновения губами и поцелуев до глубокого и длительного сосания. Женщина должна позаботиться о том, чтобы не слишком энергично использовать свои зубы, так как нежную кожу лингама легко повредить. «Игра на флейте» – это очень тонкая и стимулирующая практика, за счет которой женщина может познакомиться с характером и особенностями наслаждения лингамом. В китайском трактате «Золотой Лотос» имеется восхитительный и чувственный пассаж:

«Любовники сняли с себя одежду и сели рядышком в уютном шелковом гнездышке из тончайших покрывал, от которых исходил аромат мускуса и орхидей. Они смеялись и играли друг с другом, пока румянец желания не поднялся до их бровей и страсть в сердцах не заставила их дрожать. И тогда они исполнили „Мистерию Облаков и Дождя“, совершали все, что им внушало вино. Он сел на постели, Леди Ваза опустилась перед ним на подушки и сыграла для него на флейте».

В китайской эротической литературе под термином «Игра на флейте» подразумевается контакт между ртом женщины и лингамом. Этот контакт важен для того, чтобы пробудить сексуальный контроль, необходимый для достижения экстаза

С китайской картины середины XVIII века