Коренные недостатки современной демократии

Сразу же подчеркнем, что мы здесь говорим о демократии прежде всего именно как об определенной политической системе, основанной на всеобщем участии народа в выборе представителей власти. Это уточнение надо сделать потому, что сегодня часто слово «демократия» употребляется некорректно в предельно расширительном смысле, как синоним понятий «свобода», «справедливость» и т.д.

Последние события в мире, особенно наступление крупного капитала и финансовой олигархии на гражданские права и социальные завоевания граждан, существенно подорвали доверие к современным демократическим институтам. Остановимся несколько подробнее на коренных недостатках демократии, уловленных самыми разными мыслителями разных стран и времен. Они, в общем, известны, но о них нелишне будет напомнить.

Например, говоря о недостатках всеобщего равного избирательного права, чуть ли не главного атрибута демократии, выдающийся западный консерватор Ж. де Местр в начале XIX века подметил, что голоса должны «не считаться, а взвешиваться». В самом деле, чей политический выбор носит более осознанный и ответственный, т.е. рациональный характер, — убеленного сединами профессора или юнца, только окончившего школу; крестьянина, всю жизнь проработавшего на поле, знающего цену выращенному хлебу и плодородию земли; или столичного экономиста-«менеджера», часто знающего свою страну в лучшем случае через экран компьютера? Как справедливо отметил Н.А. Бердяев, истина ни в науке, ни в политике не принимается большинством голосов. Она всегда — удел немногих избранных, наделенных совестью, разумом и интуицией, которым только и нужно доверять принятие важнейших государственных решений.

Механистическая эгалитарность в качестве своего противоположного полюса всегда подразумевает тайное господство псевдоэлит (политических, финансовых, военных, криминальных). При этом ни население, ни рядовые члены партий никогда не решают вопросы стратегического развития страны, заключения договоров, вступления в войну, подбора управленческих кадров на высшие государственные должности, то есть удалены от решения важнейших экономических, финансовых или социальных проблем. Это всегда делают люди из крайне немногочисленных правящих кругов, явных или теневых. Сведениями об элитных сообществах, типа «Трехсторонней комиссии» или Бильдельбергского клуба, где принимаются важнейшие государственные и межгосударственные решения, переполнены современная печать и телевидение. Вместо подлинной элиты общества, т.е. наиболее совестливых, умных и бескорыстных людей, в демократиях правит псевдоэлита, т.е. наиболее беспринципные, амбициозные и агрессивные «лидеры».

Выдающийся русский правовед-евразиец Н.Н. Алексеев еще в начале прошлого века подметил другой неустранимый порок демократии — внушаемость электората и принципиальную неустойчивость общественного мнения, подверженного действию подчас совершенно несущественных факторов:

«Демократическая "динамика" общественного мнения есть вид общественной неврастении, являющийся безошибочным показателем растрепанности современного человека и всей его жизни»[95].

Современную глубокую и остроумную критику демократии можно найти в художественных и теоретических произведениях российского писателя, художника и публициста М.К. Кантора, которого мы уже цитировали выше. Он совершенно точно определяет демократию как «легитимизированное неравенство», предоставление массам лишь формальных прав и узаконивание растущих расколов в обществе:

«…В конце концов мы в любом случае (при тирании ли, при демократии ли) получаем — как конечный продукт социальной эволюции — неравенство? Просто в случае тирании это неравенство насаждается произвольно, по закону, вмененному одним деспотом, а в случае демократии это происходит по закону справедливому, принятому самим обществом, во имя каждого гражданина… и тем самым легитимизировано.

…Демократия выполнила то, чего не могла добиться никакая тирания, — она узаконила приобретения сильных и власть жестоких… Нет практически никаких сомнений в том, что в соревновании за власть (честном и законном) выиграет расположенный властвовать, и это будет с большой долей вероятности — жестокий человек. В соревновании за богатство, скорее всего, победит не добрый, но жадный. В соревновании за славу, разумеется, победит тщеславный. Однако эти победы (которые произойдут в соответствии с равными возможностями) отныне будут вменены обществу как правовые достижения, но не как произвол. Права соблюдены, мнения сторон выслушаны, возможности испытаны, и жаловаться теперь некому — виноватых в принципе нет»[96].

Напомним и еще одно, казалось бы, парадоксальное следствие развития либерально-демократической доктрины, о котором мы уже говорили. Это полное искажение самой идеи равенства: из равенства перед законом оно трансформировалось в насильственно навязываемое «равенство» людей как таковых: их качеств, мнений, вкусов. Оно выливается в господство мнений «толпы», в «восстание масс», которое на протяжении всего XX века анализировал целый ряд авторов. Здесь можно вспомнить не только работы Х. Ортеги-и Гассета, Г. Маркузе и др., но и блестящего английского писателя, ученого, публициста К.С. Льюиса.

Можно отметить неэффективность демократических моделей в странах Африки и Азии, где есть несколько конфликтующих религиозных общин, этнических или племенных объединений, а также сложные отношения между светской и религиозной частями общества. Демократия в принципе не способна гармонизировать отношения между людьми, недаром бытует ее определение как «войны всех против всех, переведенной в политическую плоскость». Кроме этого, сегодня налицо превращение демократий в явные или скрытые тоталитарные системы со слежкой за своими гражданами, нарушением неприкосновенности частной жизни и гонениями на инакомыслящих. Не случайно еще Платон говорил о том, что демократия ведет к тирании.

И, наконец, самое главное. Никакие внешние «демократические» свободы не заменят свободы внутренней, которая невозможна без глубоких знаний и самостоятельного мышления, а также доминирования духовных потребностей над материальными. Интеллектуально ограниченный и «зацикленный» на материальном потреблении обыватель (идеальный представитель демократического электората) никогда и ни при каких обстоятельствах не сделает верного и свободного политического выбора. Он обязательно станет жертвой внешней идеологической манипуляции или собственных предрассудков.