Глава 2. Выдающиеся скульпторы эпохи архаики

Период архаики – это период становления древнегреческой скульптуры. Уже понятно стремление скульптора передать красоту идеального человеческого тела, которое в полной мере проявилось в произведениях более поздней эпохи, но слишком трудно еще было отойти художнику от формы каменного блока, и фигуры этого периода всегда статичны.

Первые памятники древнегреческой скульптуры эпохи архаики определяют­ся геометрическим стилем (VIII в.). Это схема­тичные фигурки, найденные в Афинах, Олимпии, в Беотии. Архаическая эпоха древнегреческой скульптуры приходится на VII — VI вв. (ранняя ар­хаика - около 650 — 580 гг. до н. э.; высокая — 580 — 530 гг.; поздняя - 530 - 500/480 гг.). Начало монументальной скульптуры в Греции относится к середине VII в. до н. э. и характеризуется ориентализирующими стилями, из которых наибольшее значение имел дедаловский, связанный с именем полумифического скульптора Дедала. К кругу «дедаловской» скульп­туры относится статуя Артемиды Делосской, творение рук ученика Дедала Ендия. И женская статуя критской работы, хранящаяся в Лувре («Дама из Оксера»). Серединой VII в. до н. э. датируются и первые куросы. К этому же времени относится первая скульптурная храмовая декорация — рельефы и статуи из Принии на острове Крит. В дальнейшем скульптурная декорация заполняет поля, выделенные в храме са­мой его конструкцией — фронтоны и метопы в дорическом храме, непрерывный фриз (зофор) — в ионическом. Наиболее ранние фронтонные композиции в древнегреческой скульптуре происходят с афинского Акрополя и из храма Артемиды на острове Керкира (Кор­фу). Надгробная, посвятительная и куль­товая статуи представлены в архаике ти­пом куроса и коры. Архаические рельефы украшают базы статуй, фронтоны и мето­пы храмов (в дальнейшем на место рельефов во фронтонах приходит круглая скульп­тура), надгробные стелы. Среди знаме­нитых памятников архаической круглой скуль­птуры — голова Геры, найденная возле ее храма в Олимпии, статуи Клеобиса и Битона из Дельф, Мосхофор («Тельценосец») с афинского Акрополя, Гера Самосская, статуи из Дидимы, Никка Архерма и др. Последняя статуя демонстриру­ет архаическую схему так называемого «коленопреклонен­ного бега», использовавшегося для изображения летящей или бегущей фигуры. В архаической скульптуре принят еще целый ряд ус­ловностей — например, так называемая «архаическая улыбка» на лицах архаических скульптур.

В скульптуре архаической эпохи преобладают статуи стройных обна­женных юношей и задрапированных молодых девушек — куросы и коры. Ни детство, ни старость тогда не привлекали внимания художников, ведь только в зрелой молодости жизнен­ные силы находятся в расцвете и рав­новесии. Раннее греческие скульпторы создавали образы Мужчины и Женщины в их идеальном варианте.

В ту эпоху духовные горизонты не­обычайно раздвинулись, человек как бы почувствовал себя стоящим лицом к лицу с мирозданием и захотел по­стичь его гармонию, тайну его це­лостности. Подробности ускользали, представления о конкретном «механизме» вселенной были самые фан­тастические, но пафос целого, созна­ние всеобщей взаимосвязи — вот что составляло силу философии и искусства архаической Греции[2].

Подобно тому как философия, тог­да еще близкая к поэзии, проница­тельно угадывала общие принципы развития, а поэзия — сущность чело­веческих страстей, изобразительное искусство создало обобщенный чело­веческий облик. Посмотрим на куросов, или, как их иногда называют, «архаических Аполлонов». Не так важно, имел ли намерение художник изобразить действительно Аполлона, или героя, или атлета. qh изображал Человека. Человек молод, обнажен, и его целомудренная нагота не нуж­дается в стыдливых прикрытиях. Он всегда стоит прямо, его тело прони­зано готовностью к движению. Кон­струкция тела показана и подчеркнута с предельной ясностью; сразу видно, что длинные мускулистые ноги могут сгибаться в коленях и бегать, мышцы живота — напрягаться, грудная клет­ка — раздуваться в глубоком дыха­нии. Лицо не выражает никакого оп­ределенного переживания или инди­видуальных черт характера, но и в нем затаены возможности разнооб­разных переживаний. И условная «улыбка» — чуть приподнятые углы рта — только возможность улыбки, намек на радость бытия, заложен­ную в этом, словно только что со­зданном человеке.

Статуи куросов создавались пре­имущественно в местностях, где гос­подствовал дорийский стиль, то есть на территории материковой Греции; женские статуи — коры — главным образом в малоазийских и островных городах, очагах ионийского стиля. Прекрасные женские фигуры были найдены при раскопках архаического афинского Акрополя, возведенного в VI веке до н. э., когда там правил Писистрат, и разрушенного во время войны с персами. Двадцать пять сто­летий были погребены в «персидском мусоре» мраморные коры; наконец их извлекли оттуда, полуразбитыми, но не утратившими своего необыкновен­ного очарования. Возможно, некото­рые из них исполнялись ионийскими мастерами, приглашенными Писи-стратом в Афины; их искусство повлияло на аттическую пластику, которая отныне соединяет в себе черты дорийской строгости с ионийской гра­цией. В корах афинского Акрополя идеал женственности выражен в его первозданной чистоте. Улыбка светла, взор доверчив и как бы радостно изумлен зрелищем мира, фигура це­ломудренно задрапирована пеплосом — покрывалом, или легким оде­янием — хитоном (в эпоху архаики женские фигуры, в отличие от муж­ских, еще не изображались нагими), волосы струятся по плечам вьющими­ся прядями. Эти коры стояли на постаментах перед храмом Афины, держа в руке яблоко или цветок.

Архаические скульптуры (как, впрочем, и классические) не были та­кими однообразно белыми, как мы представляем их сейчас. На многих сохранились следы раскраски. Волосы мраморных девушек были золотисты­ми, щеки розовыми, глаза голубыми. На фоне безоблачного неба Эллады все это должно было выглядеть очень празднично, но вме­сте с тем и строго, благодаря ясно­сти, собранности и конструктивности форм, и силуэтов. Чрезмерной цвети­стости и пестроты не было.

Поиски рациональных основ красо­ты, гармония, основанная на мере и числе,— очень важный момент в эс­тетике греков. Философы-пифагорей­цы стремились уловить закономерные числовые отношения в музыкальных созвучиях и в расположении небесных светил, считая, что гармония музы­кальная соответствует природе вещей, космическому порядку, «гармонии сфер». Художники искали математи­чески выверенные пропорции челове­ческого тела и «тела» архитектуры В этом уже раннее греческое искусство принципиально отличается от крито-микенского, чуждого всякой математике.

Таким образом, в эпоху архаики были заложены основы древнегреческой скульптуры, направления и варианты ее развития. Уже тогда были понятны основные цели скульптуры, эстетические идеалы и стремления древних греков. В более поздние периоды происходит развитие и совершенствование этих идеалов и мастерства древних скульпторов.