Жак де Моле или упущенная возможность

Весть о гибели де Боже и падении Акры тут же достигла Сидона, который принадлежал ордену Храма. «По выбору братьев магистром ордена стал Тибо Годен, великий командор Святой земли…». Он почти не оставил следа в истории: отправившись на Кипр в поисках помощи, он там и оставался, ничего не предпринимая. Он умер в 1293 г. Его преемником стал Жак де Моле.[471]

Этот рыцарь из графства Бургундия[472] (совр. Франш‑Конте) был принят в орден в командорстве Бон в 1265 г. Какое‑то время он провел в Англии, а около 1275 г. отправился на Восток. Интриговал ли он, чтобы стать магистром? Доказательств этому нет. Избрание происходило на Кипре, куда военные ордены перевели свои резиденции: затем Моле отправился в путешествие «за море», т. е. в Европу. Новый магистр побывал в Южной Италии, Венеции, Франции и Англии. Он снарядил корабли, снабдив их оружием, и добился права экспорта зерна из Южной Италии на Кипр. Однако эта помощь была слишком ограниченной, чтобы стать результативной, и латиняне не смогли воспользоваться монгольским вторжением в Сирию, несмотря на все призывы кочевников (1299–1300). В то же время отношения орденов с кипрской королевской властью складывались неровно: короли Кипра совершенно не намеревались подчиняться их влиянию. К тому же между военными орденами и крестоносцами не было единодушия в выборе цели: нужно ли в первую очередь поддержать армянское государство Киликию, последнее христианское королевство в Восточном Средиземноморье? Или начать массированный крестовый поход в Сирию‑Палестину, а возможно, и в Египет?

В июне 1300 г. два ордена при поддержке крестоносцев с Запада и кипрских войск совершили несколько морских рейдов на Александрию, дельту и сирийское побережье, особенно Тортосу, где онитщетно ждали монголов – этот шанс был уже упущен. Тамплиеры во главе с Моле заняли и обороняли островок Руад в виду Тортосы. Маршал ордена Бартоломе командовал отрядом из ста двадцати рыцарей, пятисот стрелков и четырехсот служителей. Но у них не было кораблей, что и стало причиной их поражения, о котором рассказывает тамплиер из Тира:

Султан, гонитель христиан, приказал снарядить шестнадцать кораблей и дал их одному эмиру, который раньше был христианином. <…> Когда братья увидели, как они приближаются, то сильно встревожились, ибо у них не было галер, разве что несколько небольших лодок. <…> Сарацины причалили к острову в двух местах, и один отряд тамплиеров остановил их и сбросил в море…

После нескольких стычек, сарацины высадились на остров вопреки сопротивлению…

пеших сержантов‑лучников и сирийцев, которые доблестно защищались и перебили множество сарацин, но это не позволило братьям‑рыцарям и прочим продвинуться вперед. <…> Сарацины отправили братьям Храма послание, предложив сдаться под честное слово, и пообещали препроводить их в любое место христианского мира, куда те пожелают. Тамплиеры поверили их коварству и сдались по совету брата Гуго д'Анпура [возможно, имеется в виду Ампурия в Каталонии] и вышли. Сарацины отрубили головы всем сирийским сержантам за то, что они хорошо сражались и нанесли большой урон сарацинам. А братьев Храма с позором отвезли в Египет.[473]

Так закончилась последняя крупномасштабная военная операция тамплиеров. Вся ответственность за это плохо организованное мероприятие лежит на Моле. Но он, по крайней мере, решился на нечто более серьезное, чем бесплодные набеги на прибрежную полосу.

С этого момента Моле во всю ратует за всеобщий крестовый поход. Смысл его переговоров с папой Климентом V сводился к тому, что крестовый поход может увенчаться успехом, если опираться на Кипр и сильный флот, командовать которым должен грозный адмирал арагонского флота Сицилии Рожер де Лаурия.[474] Конечно, постфактум легко утверждать, что этот план был неосуществимым. Но ведь Моле знал, о чем думают по всей Европе – короли, твердившие, что все их помыслы о крестовом походе, священнослужители и писатели, которые один за другим составляли проекты освобождения Святой земли.

Это «упрямство» ордена Храма часто сравнивали с позицией госпитальеров, которые в 1306 г. силами небольшого флота, усиленного генуэзскими кораблями, напали на греческий остров Родос и одержали победу. Пятнадцатого августа 1306 г. единственный город Родоса оказался в руках ордена св. Иоанна, однако, чтобы довершить завоевание всего острова, потребовалось еще три года. Впрочем, не стоит слишком настаивать на противостоянии между тамплиерами и госпитальерами. Орден госпитальеров пережил жестокий внутренний кризис: в 1297–1300 гг. великий магистр Гильом де Вилларе созвал генеральный капитул во Франции: он подумывал о том, чтобы перенести туда главную резиденцию ордена. Капитул дважды решительно отверг предложение своего магистра. Племянник Гильома, Фульк, избранный великим магистром в 1305 г., выбрал другой курс: он предпочел сделать орден серьезной военно‑морской силой на Средиземном море и обеспечить ему надежный плацдарм на греческих островах Додеканеса. Первоочередной задачей родосской операции вовсе не была борьба с турками. Что касается идей Фулька де Вилларе в том виде, в каком они сформулированы в его первой записке, поданной на имя папы, то они практически не отличаются от соображений Моле, несмотря на то что между 1307 и 1310 гг. магистр госпитальеров претворял свой план в жизнь только на одном Родосе.[475]

Для ордена госпитальеров это завоевание стало невероятной удачей, и тамплиер из Тира нисколько не обманывается на этот счет:

Таким образом, Господь явил свою милость благородному магистру госпитальеров и людям его дома. Ибо в том месте, ставшем их сеньорией, они пребывали в великой свободе и вольности, не подчиняясь никакой другой власти.[476]

По примеру тевтонских рыцарей, обосновавшихся в Пруссии, госпитальеры в свою очередь создали теократическое государство. И нельзя сравнивать с ними тамплиеров, попытавших счастья на Руаде, так как этот остров был слишком мал для государства. В момент завоевания Родоса госпитальерами тамплиеры открыто поддержали восстание Амори против его брата, короля Генриха Кипрского. На что мог надеяться орден Храма? На то, чтобы самому завладеть островом? Определенно, нет. Выкроить себе на Кипре такое же место, какое он занимал в акрском королевстве? В 1302–1306 гг. орден Храмаупустил свой шанс. Может быть, так случилось из‑за того, что Моле и сановники ордена сохраняли верность решениям, которые теперь принадлежали прошлому – например, идее всеобщего крестового похода? Хотел ли орден стать государством в государстве на Кипре? А нужно было стать просто государством.