Супруги Бахрушины с доерью Кирой и сыном Юрием

Улица Бахрушина № 29, 29a — жилой дом А. А. Бахрушина; бывшая дворянская усадьба XVIII—XIX веков; до Бахрушиных она принадлежала московскому городскому голове М. Л. Королёву.Коллекционировать он начал под влиянием двоюродного брата, страстного собирателя Алексея Петровича Бахрушина. «Коллекционерские интересы лиц, бывавших у Алексея Петровича, передались и ему — он захотел обязательно собирать, что, почему, как — безразлично, но собирать — изучать и создать себе серьёзный интерес в жизни», — писал позднее его сын Юрий Алексеевич Бахрушин.

Первоначально Алексей Александрович собирал «восточные редкости» и реликвии эпохи Наполеона. Однажды в компании молодежи двоюродный брат Алексея Александровича С. В. Куприянов хвастался собранными им разного рода театральными реликвиями — афишами, фотографиями, сувенирами, купленными у антикваров. Этот случай привёл Алексея Бахрушина к главному делу его собирательской деятельности

 

А.А. Бахрушин. Харьков. 1890

«Вскоре театральное собирательство, — вспоминал его сын, — превратилось у него в страсть. Окружающие смотрели на это как на блажь богатого самодура, трунили над ним, предлагали купить пуговицу от брюк Мочалова или сапоги Щепкина.» 30 мая 1894 года владелец впервые показал своё театральное собрание ближайшим друзьям, а 29 октября того же года представил его для обозрения театральной общественности Москвы.

 

 

 

 

В 1692—1695 годах на месте деревянных Сретенских ворот по проекту М. И. Чоглокова была построена сторожевая башня, которая получила название Сухаревой. Считается, что таким образом государь выразил признательность верному полковнику. Свое оборонительное значение Сухарева башня вскоре утратила, и в 1700 году в ней разместили Навигацкую школу. Именно в это время здесь впервые появился граф Яков Вилимович Брюс, чье имя с тех пор неразрывно связано с историей башни.

 

 

 

 

Шутили, что когда кто-ниудь умирал, то до прихода гробовщика  приходил Алексей Михайлович за вещами покойного…

 

 

 

«А.А. Бахрушин худой, высокий, немного сутулый, с подслеповатыми глазами, в пенсне, которое он постоянно поправлял рукой, [говорил] густым, придавленным баском, [у него была] простая образная русская речь, иногда приправленная словечками, не подходящими к салону. А.А. Бахрушин [находился под властью] своего жесткого папаши и, несомненно, унаследовал от отца известную скупость и чисто купеческие замашки. На первых шагах своей самостоятельной жизни он был очень стеснен в деньгах. К музейному собирательству он, интересовавшийся всегда театром, подошел как-то случайно и очень робко. Непреклонная энергия, выдержка сделали из него упорного собирателя.

Прижимистый был, но когда нужно было отыскать неизвестный портрет М. И. Щепкина или купить эскизы Головина или Бакста, он денег и сил не жалел