Вопрос 2. «Общее и особенное в организации тоталитарных и авторитарных систем власти».

При изучении второго вопроса – «Общее и особенное в организации тоталитарных и авторитарных систем власти» - необходимо, прежде всего, уяснить суть понятия «политический режим», которым охватывается функциональная сторона политической системы. В содержательном смысле это понятие раскрывает способ правления, т.е. механизмы и технологии формирования и функционирования политической власти.

Важно также усвоить критерии, по которым политические режимы подразделяют на две большие группы: антидемократические (тоталитарные и авторитарные) и демократические (парламентские и президентские).

Для понимания существа тоталитаризма решающее значение имеет его трактовка как режима «партии-государства», режима «всепоглощающего (всеохватывающего) властвования». Это значит, что при этом режиме нет зон, свободных от партийно-государственного вмешательства, и вся жизнь граждан, вся их деятельность подвержена принудительному регулированию со стороны партийно-государственных органов. Что (помимо прочего) находит свое концентрированное выражение в правовом принципе тоталитаризма: «разрешено только, что приказано властью, все остальное запрещено».

Среди базовых признаков и сущностных характеристик тоталитаризма, определяющих его «естество» как враждебного демократии режима, следует выделить и уяснить:

· идеологический абсолютизм (тоталитарный режим – это сверхидеологизированный режим, в котором политика всецело подчинена идеологии, и ею же детерминируется);

· единовластие одной партии – «ордена-меченосцев» (тоталитарный режим олицетворяет однопартийная система, и вся общественная жизнь строится на началах «партизации», т.е. знает только санкционированные партией структуры и формы);

· организованный террор и репрессии (одним из фундаментных оснований тоталитарного режима является предельная концентрация страха перед «силовыми структурами», с помощью которого обеспечиваются подчинение и повиновение масс);

· монополия власти на информацию (при тоталитарном режиме все средства массовой информации подчинены партии и государству и беспрекословно их обслуживают, будучи лишены права на свободу слова и инакомыслие);

· централизованный контроль над экономикой (экономика при тоталитарном режиме относится к разряду командно-административной (полностью огосударствленной), т.е. выступает не иначе, как концентрированное выражение политики);

· милитаризация страны (при тоталитарном режиме страна уподобляется единому военному лагерю, окруженному врагами, которых надлежит уничтожить ради «светлого будущего»).

Эти и многие другие признаки, вытекающие из характеристики тоталитаризма как режима всеобъемлющего властвования, позволяют понять и осмыслить тайну «кощеевой смерти» фашистских и коммунистических режимов, в рамках которых тоталитаризм приобрел наиболее зрелые и законченные формы. И ответить на вопрос о том, почему эти режимы оказались исторически несостоятельными и бесплодными.

В качестве отправной точки изучения авторитаризма (как второго типа антидемократических режимов), необходимо обратиться к его определению как режима с «ограниченным плюрализмом».

Из этого определения со всей очевидностью следует, что в отличие от тоталитаризма, при этом режиме отсутствует тотальное поглощение общества государством. И хотя авторитарная власть (как и тоталитарная) то же неограниченна законом и опирается на силу (потенциальную или реальную). И точно также (как и тоталитарная) отчуждает народ от политики и не допускает существования легальной политической оппозиции, тем не менее, она «оставляет в покое» (т.е. не вмешивается или ограничено вмешивается) в те области общественной жизни, которые напрямую (непосредственно) не связаны с политической деятельностью. Поэтому с точки зрения допустимого и запретного при авторитарном режиме господствующим является принцип: «разрешено все, что не имеет отношения к политике».

Среди других отличных от тоталитаризма признаков авторитарного режима следует также обратить внимание на «деидеологизацию». В том смысле, что у этого режима нет единой«монистической»идеологии с установкой на строительство «нового общества» и формирование «нового человека». Здесь такого рода идеологическая «библия» заменятся конструкциями, основанными на апелляции к общенациональной идее, государственному патриотизму и т.д.

Следует учесть и такую черту, как отсутствие жесткого монопольного контроля над экономикой - авторитарный режим вполне уживается с рынком и не только не разрушает, а, наоборот, благоприятствует развитию рыночных отношений и рыночной (экономической) демократии.

То же касается социокультурной сферы, сферы межличностных отношений и др., которые чаще всего развиваются как относительно автономные и независимые от властей.

Заключить изучение авторитаризма следует ответом на вопрос о том, можно ли этот режим, точно так же как и тоталитарный, назвать «стопроцентным» антиподом демократии? Или же в нем в том или ином виде присутствуют ростки этой последней (т.е. демократии), что позволяет осуществлять переход на рельсы демократического развития не революционным, а эволюционным путем – путем «мирного врастания» авторитаризма в демократизм?