Особые формы преторской защиты.

Претор, обладая верховной властью, имел право принимать действенные меры и без судебного разбирательства:

1) преторская стипуляция (stipulationes praetoriae) выражалась в обещании претора дать последующий иск по какому-либо делу (например, с владельцем дома, грозящего по ветхости постройкам соседа); при отказе мог ввести во владение или прибегнуть к фикции;

2) ввод во владение (missio in possessionem) — преобладающий способ исполнения судебного решения, заключавшийся в том, что претор особым приказом вводил победителя судебного процесса во владение имуществом должника;

3) интердикт (interdicta) — обязательный к исполнению приказ претора совершить определенное действие или воздержаться от совершения определенного действия. Интердикты предполагали защиту не против собственника вещи, а против третьих лиц, посягнувших на владение, имеющее добросовестное основание. Сторона, получив интердикт, немедленно повиновалась ему, не оспаривала изложенных в нем фактов. Просьба о выдаче интердикта могла исходить от одной из сторон, он мог быть обращен и к жалобщику, и к нарушителю.

Виды интердиктов:

— односторонние и двухсторонние;

— восстановительные (требовали возвращения лицу какой-либо вещи) и предъявительные (требовали представления какого-либо лица, раба или члена семьи, вещи или документа);

— для владения недвижимостью и для владения движимыми вещами. Интердикт по защите недвижимости был направлен на то, чтобы обеспечить реальное обладание вещью и гарантировать лицу прекращение посторонних посягательств на его владение (чтобы третьи лица не распахивали его участок, не вселялись в его дом и т. д.). Интердикт по защите движимых вещей был направлен на обеспечение интересов основного владельца по отношению к другим случайным (движимые вещи в реальности легко могли выйти из владения: дал кому-то лошадь на день, раба, чтобы поднести ношу, и т. п.). В этих случаях споры разрешались арифметически: кто обладал вещью большую продолжительность времени в течение года, тот и считался основным ее обладателем и вещь закреплялась за ним;

4) реституция (restitutio in integrum) — восстановление в первоначальное положение, способ защиты от применения норм права, например при заключении сделки лицом, не достигшим 25 лет, при пропуске срока по уважительным причинам, при ошибке в процессе. Реституция лишала силы факт, приведший юридические отношения к существующему положению, и восстанавливала прежнее состояние этих отношений. При ее применении против судебного решения оно отменялось, и процесс начинался снова. Реституция применялась в порядке исключения;

5)Публицианов иск (actio Publiciana), основанный на фикции. Защита заключалась в условной подмене реального, защищаемого добросовестного владения категорией собственности. Претор вводил фиктивное предположение, что давностный срок как бы истек, и владелец получал бы полноценную правовую защиту от любых посягательств на его вещь. Претор закреплял вещь, ставшую предметом претензии, в имуществе добросовестного приобретателя (in bonis), откуда возникавшее новое по своему основанию право стало называться преторской собственностью, или «бонитарным обладанием».

Возникновение владений. Владение и держание.

Владение - фактическое (соприкосновение с вещью) или хозяйственное (возможность всегда получить фактическое) господство лица (владельца) над вещью. Правовая категория владения (posessio) позволяла внешне зафиксировать принадлежность вещи конкретному лицу в конкретный момент времени. Римляне рассматривали владение одновременно и как право, и как факт.

Владение и держание. Помимо господства над вещью (corpus posessionis) для владения необходима также воля (намерение) лица владеть вещью для себя (animus posessionis). Если такой воли нет, то речь идет лишь о держании. Держателями по римскому праву являлись арендаторы, хранители и другие лица, которые обладали вещью, но у которых не было намерения владеть вещью за себя (от своего имени). Зависимые держатели не пользовались владельческой защитой, этим правом обладал только собственник данной вещи. Таким образом, владение и держание, не различающиеся фактически, существенно разграничивались в правовом смысле.