Рейтинг Русской Православной Церкви высок, но неустойчив

1 Сами православные священнослужители не очень обеспокоены тем, что в головах большинства верующих христианские ценности соседствуют с суевериями. По их мнению, если человек не знает ни молитвы «Отче наш», ни Символа веры^[4], но в трудную минуту идёт не в мечеть, а в православный храм, то он и есть православный. Сегодня он ходит в церковь редко, завтра будет ходить чаще. С точки зрения защитников православия, оптимизм внушает уже то, что значительная часть россиян, и прежде всего русских, осознаёт православие в качестве неотъемлемой составной части национальной культуры. Поэтому вопрос ставится так: если ты русский, ты должен быть православным.

2 Церковное руководство убеждает государственные власти, что Россия и россияне — это «каноническая территория» Русской Православной Церкви, поэтому церковь должна иметь здесь особые права и преимущества, а государство должно оберегать церковь от конкурентов.

3 По мнению руководителей Русской Православной Церкви, не только те россияне, которые считают себя православными, но и те, чьи предки когда-то исповедовали православие, должны рано или поздно стать членами церкви. Другие же религиозные организации и миссионеры, проповедующие среди населения, «имеющего православные корни», посягают на законные права и интересы Русской Православной Церкви. При этом представителям властей внушается, что церковь имеет особые заслуги в укреплении Российского государства и сейчас остаётся духовным фундаментом России. Поэтому любые религиозные организации, которые усиливаются за счёт православной церкви, наносят якобы ущерб и прочности Российского государства.

4 В этих аргументах есть изрядная доля лукавства. Вместо того чтобы заботиться о нуждах верующих, заниматься их воспитанием в христианском духе и побеждать «конкурентов» в честной борьбе, церковное руководство требует от властей финансовой поддержки, льгот и привилегий для себя и всевозможных ограничений и запретов — для других религиозных организаций.

5 Если раньше многие россияне связывали с религией и особенно с Православной Церковью надежду на духовное возрождение России, то сегодня уже эти настроения, как показывают и социологические исследования, пошли на убыль.

6 Некоторые социологи, и не только социологи, даже утверждают, что духовное религиозное возрождение у нас так и не состоялось. Я думаю, что это преувеличение и религиозное возрождение началось и продолжается, но не столь успешно, как могло бы. И отчасти это объясняется обострением межрелигиозных противоречий.

7 Как реагирует на это общественное мнение? По мнению участников дискуссии «Религиозное возрождение в России: иллюзия или реальность», на рубеже 80–90-х годов многие люди, в том числе и представители интеллигенции, потянулись к вере, к православию, но уже к середине 90-х годов наметился обратный процесс.

8 Объясняя причины этого явления, иеромонах Иларион (Алфеев), руководитель секретариата по межхристианским связям Отдела внешних церковных сношений Московской Патриархии, отметил: «Церковь оказалась не готовой, чтобы вести диалог с теми, кто вне её … Деятельность Церкви в последние годы была главным образом сосредоточена на восстановлении церковных стен, но за кадром осталось самое главное — человек … Мало заботы прилагалось о катехизации, о духовном просвещении. Нередко человек, зайдя в православный храм, чувствует себя совершенно ненужным: постоит, поглазеет, может быть, свечку поставит и, так ничего и не поняв, уйдёт, откуда пришёл … Отталкивает людей от Церкви и то, что … в обществе складывается образ Церкви, как мирской организации, вовлечённой в бизнес и крепко спаянной с правящей финансовой олигархией» (НГ-Религии. 1997. № 12. С. 2).

9 Иеромонах Иларион привёл даже горькие слова одного из епископов: «Мы сейчас восстанавливаем храмы, а через десять лет в них некому будет ходить.» Это, конечно, преувеличение. Однако активная вовлечённость Русской Православной Церкви в политику, её участие в лоббировании ущемляющего свободу совести Закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», участие некоторых иерархов церкви в сомнительных коммерческих операциях (торговля водкой и табаком, полученными под видом гуманитарной помощи) привели к частичной утрате доверия со стороны россиян.

10 Если в 1996 г. 60% опрошенных считали, что Русская Православная Церковь положительно влияет на ситуацию в России, то в 1997 г. количество тех, кто положительно оценивал влияние церкви на ситуацию в стране, сократилось до 26% (об этом сообщило православное обозрение «Радонеж» — 1997. № 20. С. 19).

11 Аналогичные данные получены Российским независимым институтом социальных и национальных проблем: в апреле 1997 г. о своём доверии к религиозным организациям, прежде всего к Русской Православной Церкви, заявили 53,5% верующих из числа опрошенных, а в сентябре того же года — только 37%. Эти данные представительны (репрезентативны) для всей России, так как социологи опросили 2200 человек в 60 городах и сёлах. Верующие среди опрошенных составили в сентябре 1997 г. 45,6%, неверующие — 33,8%, доверяли религиозным организациям — 37% верующих и 15,2% неверующих, не доверяли — 30,5% верующих и 43,4% неверующих (НГ-Религии. 1997. № 11).

12 Что же такое случилось в период с апреля по сентябрь 1997 г., что привело к достаточно резкому падению рейтинга Русской Православной Церкви? В этот период шла наиболее острая борьба вокруг Закона «О свободе совести и о религиозных объединениях», и многие люди, до этого искренне симпатизировавшие Русской Православной Церкви и верившие, что она заботится о благе всех россиян, воочию увидели, что церковное руководство озабочено прежде всего обеспечением собственных привилегий.