Коэффициент риса. Почему КНДР тоскует по карточкам Ким Ир Сена

Федор Тертицкий – о карточной системе Северной Кореи

Продуктовые карточки существовали в разных странах в разные эпохи. Российскому читателю, наверное, больше всего известны советские карточки, вводившиеся в самые критические для СССР времена с целью уберечь граждан от голодной смерти. Однако карточная система используется и в США, где государство по талонам выдает продукты малоимущим. Аналогичная программа готовится к запуску в России: она охватит до 16 млн человек и будет стоить государству более 200 млрд рублей.

И все же самый всеобъемлющий тип карточной системы существовал в кимирсеновской Северной Корее, где по карточкам – в идеале – распределялось почти все. Впрочем, так было не всегда и, когда советская администрация ввела карточную систему на севере Кореи в 1946 году, мотив у этого был совершенно понятный – наладить распределение продуктов на территории страны, измученной войной и инфляцией. Карточки воспринимались как явление временное, от которого в будущем предстоит избавиться, и в начале 1950-х годов центральная газета «Нодонсинмун» время от времени сообщала, что в очередной социалистической стране отменена карточная система, намекая, что скоро так будет и у нас, в Корее. Однако после того, как в 1957 году Ким Ир Сен стал де-факто независимым от Советского Союза, вместо того, чтобы отменить карточки, он решил распространить их на все сферы потребления. Ким-старший был большим любителем плановой экономики и в будущем именно эти эти воззрения в конце концов привели КНДР к экономической катастрофе. Советский посол, узнав о планах Кима, пытался выразить свое неодобрение, но было уже поздно: контроль над Северной Кореей был утрачен и Ким Ир Сен делал более-менее то, что хотел. А хотел он полной, всеобщей системы распределения благ по карточкам, при которой в денежном обращении не оставалось особой нужды.

Три типа карточек

Карточная система в Северной Корее официально делится на три подтипа. Первый подтип – это карточки на зерновые, включая рис. Доля риса в выдаче зависит как от места жительства, так и от социального статуса получателя: чем выше этот статус, тем больше риса в выдаче. Остальная часть пайка выдается кукурузой и ячменем. Выдается он два раза в месяц – либо на предприятии, где работает человек, либо в специальном распределительном центре.

Нормы выдачи зерновых в открытых северокорейских источниках не публиковались и варьировались в зависимости от эпохи. Тем не менее, на основании различных свидетельств можно построить примерно такую таблицу. Следует также помнить, что периодически власти КНДР проводили разного рода «патриотические кампании», в ходе которых жители получали не 100, а 90% (а иногда и ниже) полагающейся нормы.

Как видно из таблицы, система распределения зерновых достаточно эгалитарна и рабочий-шахтер получает больше, чем большой чиновник. Но так обстоят дела только с первым типом карточек: социальное неравенство обеспечивается второй и куда более важной категорией.

К ней относится вообще все – кроме зерна. То есть вся остальная пища, одежда, бытовая техника и прочее. Понятно, что здесь приоритет, конечно, отдается пхеньянцам и чиновникам, обеспечивая им куда более высокий социальный статус, чем у среднего северокорейца.

Наконец, третий тип выдачи полагается только крестьянам и состоит из семян и рассады, которые они высаживают у себя в колхозе.

В свое время северокорейские власти использовали эту трехуровневую систему для достижения политических целей. Во второй половине 1960-х годов, когда отношения КНДР с Китаем были испорчены донельзя (страны стояли на грани военного конфликта), Пхеньян решил разобраться с существовавшей в стране китайской диаспорой. На граждан КНР, живущих в Северной Корее стали оказывать разного рода давление, и самой эффективной мерой стало резкое сокращение им доступа к карточной системе. «Иностранец? – сказали северокорейские власти, – Тогда будешь получать только зерно. Не нравится? Либо подавай заявление на гражданство КНДР и отказывайся от своего, либо вали к себе в Китай». Неудивительно, что поставленная на грань голодной смерти диаспора была почти полностью уничтожена в течение нескольких лет (впрочем, когда отношения между двумя странами наладились, северокорейским китайцам разрешили вернуть себе гражданство КНР).