Структурная семейная психотерапия

История создания теории и техник структурной семейной психотерапии неразрыв­но связана с именем выдающегося психотерапевта Сальвадора Минухина. Кроме того, заметное влияние на формирование структурного под­хода оказала разработанная Джеем Хейли (Haley, 1976) психотерапия, ориентирован­ная на решение проблем, а также психотерапия с участием ближайшего социального окружения Росса Спека (Speck & Attneave, 1973).

Техника структурной семейной психотерапии основана на нескольких ключевых теоретических положениях: 1) семья как базисная человеческая система, 2) наличие в рамках семейной системы подсистем, 3) существование у системы и подсистем границ с определенными характеристиками, 4) вмешивающееся поведение как фактор, ока­зывающий влияние на отдельных членов семьи (enmeshed behavior), 5) эволюция пат­тернов трансакции.

Семья как базисная человеческая система

В структурной семейной психотерапии, таким образом, «пациентом» является се­мья, а проблема или симптом считаются отражением состояния здоровья семейного организма в целом. Несмотря на то, что сама семья может идентифицировать одного из своих членов как пациента, психотерапевт — сторонник структурного подхода бу­дет считать его всего лишь носителем симптома. С точки зрения приверженцев данно­го направления в семейной психотерапии, семья представляет собой организм, а симп­том является порождением или следствием интеракционных и структурных проблем, возникших в самой семейной системе.

Подсистемы

В составе семейного организма имеются три ключевые подсистемы. Первая из них — супружеская подсистема. Она образуется раньше других и определяет функционирование семьи. Основная фун­кция супружеской подсистемы заключается в обеспечении взаимного удовлетворения потребностей супругов без ущерба для эмоциональной атмосферы, необходимой для роста и развития двух меняющихся индивидов.

Родительская подсистема объединяет паттерны взаимодействия, возникшие при воспитании детей. Эта подсистема может состоять из отца и матери, но может вклю­чать и только одного из родителей вместе со значимыми другими, которые в той или иной мере участвуют в воспитании детей.

Сами дети являются членами подсистемы сиблингов. Основная функция этой подсистемы — научиться общению со сверстниками, в том числе с учетом их автори­тета. Это своего рода лаборатория, где ребенок имеет возможность исследовать дру­гих людей и экспериментировать с ними. Проявление сочувствия, умение постоять за себя, организация альянсов, умение договариваться — вот лишь небольшой пере­чень того, что начинает узнавать ребенок о человеческих взаимоотношениях. Един­ственный ребенок в семье испытывает ту же потребность в общении, поэтому скло­нен заводить друзей из числа соседей и родственников. Подобные отношения при­званы заменить подсистему сиблингов.

Границы

Каждая семья вырабатывает свои собственные правила, а границы семей имеют неодинаковую гибкость и проницаемость. В некоторых случаях границы чересчур ри­гидные (негибкие), что затрудняет адаптацию членов семьи к новой ситуации. Про­ницаемость границы характеризует возможность преодоления членами семьи грани­цы системы или подсистемы. Иногда семейные границы отличаются высокой прони­цаемостью, тогда границы становятся диффузными или неопределенными, что ведет к избыточному доступу (вмешательству) в семейную систему других членов семьи или общества. Некоторые семьи имеют непроницаемые границы с внешним миров или между подсистемами семьи, что ограничивает необходимый доступ друг к другу или возможность сообщаться с внешним миром.

Границы (или четко определенные трансакционные паттерны) существуют, не только вокруг самой семейной системы. Это способы взаимодействия между индивидами и подсистемами, настолько хорошо зна­комые и привычные, что альтернативные варианты взаимодействия даже не рассмат­риваются. Паттерн взаимодействий между индивидами из различных подсистем по­лучил в структурной семейной психотерапии название границ подсистем.

Концепция границ тесно связана с другим важным положением структурной семей­ной психотерапии, а именно с концепцией вмешивающегося поведения. С. Минухин (Minuchin, 1974) описывает ось, на одном конце которой располагаются семьи с чрез­мерно проницаемыми или диффузными границами между подсистемами. Так, об из­быточной проницаемости границ, не способных защитить супружескую подсистему, можно говорить в том случае, когда муж и жена позволяют ребенку вмешиваться в свой конфликт. Сверхпроницаемость границ означает, что члены семьи «перемешаны» в семейной системе, утратили собственную автономию и не отвечают за свои поступки (то есть не учатся самостоятельно преодолевать свои проблемы). На другом конце этой воображаемой оси находятся семьи с непроницаемыми, или ригидными, границами.

Дисфункциональные семьи

Семейные психотерапевты структурного направления считают семейную систему адекватно функционирующей в том случае, если она обеспечивает взаимную поддерж­ку и автономию отдельных своих членов. Обеспечение динамического равновесия меж­ду разнонаправленными функциями — обеспечения поддержки и предоставления авто­номии — это всегда компромисс. дисфункциональная семья имеет размытые, негибкие гра­ницы или сочетание того и другого. Речь идет о степени проницаемости границ систе­мы или подсистемы.

триангуляция (Mmuchin, 1974). Вот как описывает ее С. Минухин:

В процессе тринагуляции каждый из родителей требует, чтобы ребенок принял его сторону. Причем поддержка одного их них автоматически означает вражду с другим. В условиях этой дисфункциональной структуры ребенок полностью парализован. «Треугольник» отношений может возникнуть и при другом сочетании участников. Любые два члена семьи, конфликтующие между собой, могут вовлечь в «треугольник» отношений третьего участника, пытаясь перетянуть его каждый на свою сторону. При­меров тому множество даже на международной арене, ведь как еще расценить дипло­матическую борьбу сверхдержав за альянс с так называемыми «неприсоединившими­ся» странами Третьего мира.