Воин наделен и даром наносить удар, и даром прощения. То и другое он применяет одинаково искусно.

Воин света не попадает в ловушку слова «свобода».

Если народ его угнетен, свобода становится насущной необходимостью. Воин, взяв щит и меч, борется за нее не на жизнь, а на смерть. Перед лицом угнетения свободы - такое простое понятие; она противопоставлена рабству.

Порой воин слышит от пожилых людей: «Вот перестану работать, стану свободней», а проходит год, и эти люди жалуются: «Жизнь однообразна и томительно уныла». В этом случае «свобода» значит совсем другое - отсутствие чувств.

Воин не считает себя свободным. Он волен в своих поступках, но он раб своей мечты.

7 Друзья спрашивают воина света, откуда черпает он свою энергию. «От незримого противника». - отвечает он.

Друзья спрашивают тогда, кто это.

«Тот, кого ты не можешь поразить», - отвечает воин.

Им может быть сверстник, который когда-то в детской драке одолел воина; девочка, которая в одиннадцать лет сказала, что он ей нравится, учитель, который назвал тупицей. Утомясь и обессилев, воин вспоминает, что этот незримый противник еще не видел его отваги.

Нет, он не помышляет о мести, ибо незримый противник уже давно перестал быть частью его жизни. Он думает только о том, как бы достичь совершенства - чтобы молва о его деяниях достигла ушей человека, в далеком прошлом причинившего ему боль.

Это вчерашняя боль - источник силы для воина света.

В жизни воина света всегда есть вторая попытка.

Подобно всем прочим людям, он не при рождении получил свое искусство владеть мечом. Много раз он ошибался, прежде чем нашел Свою Стезю.

Нет такого воина, который смог бы, сидя у костра, сказать товарищам: «Я всегда поступал правильно». Тот, кто утверждает подобное, либо говорит неправду, либо еще не научился познавать самого себя. Ибо истинному воину света в прошлом случалось поступать несправедливо.

Но потом, свершая свой путь, он понимает, что судьба непременно вновь сведет его с людьми, в отношении которых он вел себя неправильно.

Так дается ему возможность исправить зло, причиненное им когда-то. И без колебаний воин использует эту возможность.

Воин - простодушен, как голубь, и мудр, как змея.

Встречаясь и беседуя с другими, он не осуждает их поведение, ибо знает: тьма улавливает зло, исходящее из его души, в невидимые сети. Они ухватывают все, что незримо витает в воздухе, превращая это в зависть и ненависть, которые принимаются пожирать душу человеческую.

И потому все сказанное в отношении кого бы то ни было непременно достигает ушей тех, кто враждует с этим человеком, с добавлением отравленного заряда злобы.

И потому, когда воин отзывается о своем брате, он представляет, что тот, стоя рядом, слышит каждое его слово.

В «Настольной книге средневекового рыцаря» сказано:

«Духовная энергия Пути с помощью справедливости и терпения готовит твой дух.

Таков Путь Рыцаря: он и легок и одновременно тернист, ибо заставляет отбросить в сторону все ненужное, включая и сомнительную дружбу. И потому поначалу такое сомнение обуревает всякого, кто вступает на него.

Вот первая заповедь Рыцарства: вычеркни из книги своей жизни то, что вносил в нее до сей поры - беспокойство, неуверенность, ложь. А на место вычеркнутого впиши лишь одно слово - «отвага». Отправляясь в путь с этим словом, следуя этим путем с верой в Бога, ты достигнешь цели, к которой стремишься».

8 В час приближения битвы воин света старается быть готовым к любой неожиданности.

Он обдумывает каждый стратегический ход и спрашивает себя: «А что бы я предпринял, если бы должен был сражаться с самим собой?» И таким образом определяет свои слабые места.

В этот миг появляется противник, неся с собой целый ворох обещаний, договоров, предложений, которые вселяют искушение, вариантов, которые могут устроить обе стороны.

Воин тщательно разбирает каждое предложение, он тоже стремится достичь соглашения, но не теряя при этом собственного достоинства. Если он уклонится от боя, то не потому, что счел это наилучшей стратегией.

Воин света не принимает даров от врага.

Итак повторяю:

Воина света можно узнать по взгляду. Они живут в нашем мире, они составляют часть нашего мира, в наш мир они присланы, и пришли сюда без посоха и сандалий. Нередко они ощущают страх. Не всегда они поступают правильно.

Воины света порой терзаются от безделицы, огорчаются по пустякам, считают, что не способны расти. Воины света время от времени думают, что недостойны ни чуда, ни благодати.

Именно по-этому - они воины света. Потому, что совершают ошибки. Потому, что задают вопросы. Потому, что неустанно отыскивают смысл. Ищут - и в конечном итоге находят.

Воин света пробуждается ото сна.

«Мне не совладать с этим светом, который заставляет меня расти», - думает он.

Но свет не меркнет и не гаснет - ибо слово «желание» полно подспудных смыслов.

И тогда глаза и сердце воина понемногу начинают привыкать к свету. Он уже не пугает воина, и тот принимает Свою Стезю, хотя это и означает, что ему придется рисковать.

Воин света долгое время пребывал во сне. Вполне естественно, что к яви он возвращается постепенно.

9 Великий боец терпит и сносит оскорбления; он знает тяжесть своего кулака и силу своего удара. Оказавшись перед противником, не успевшим подготовиться к бою, он смотрит ему в глаза - в самую их глубину - и побеждает, не нуждаясь даже в том, чтобы использовать свою силу.

Чем больше воин учится у своего духовного наставника, тем ярче разгорается в его глазах свет веры, и ему ничего никому не нужно доказывать. Никакого значения для него не имеют воинственные доводы противника, твердящего, что Бог - это предрассудок, что чудеса - не более чем фокусы, что верить в ангелов - значит бежать от действительности.