ПРОРОК В БЕГАХ Майкл Горовиц

Первый раз я познакомился с Тимоти летом 1970 года, на­вестив его в калифорнийской мужской колонии Сан-Луис-Обиспо, где он уже несколько месяцев как начал отбывать десятилетний срок за хранение двух «пяток» марихуаны, подложенных в пепельницу его автомобиля расторопным полицейским в Лагуна Бич. Этот коп несколько недель ви­сел у него на хвосте, выжидая момент. Количество крими­нала равнялось 0,025 грамма. Судья, отклонивший проше­ние об освобождении под залог и потом давший ему этот драконовский срок, исполнял заказ Рональда Рейгана, со­перником которого на предстоящих выборах в губернато­ры Калифорнии собирался быть Тимоти.

Его дерзкий побег, состоявшийся через несколько месяцев, ошеломил меня, да и не меня одного. Трудно

Майкл Горовиц, архивариус Тимоти, один из основателей Мемо­риальной библиотеки имени Фитца Хью Ладлоу и серии «Flashback Books». Он специалист по редким книгам, посвященным истории нар­котиков. Вместе с Синтией Палмер он был редактором книг «Мокша. Сочинения Олдоса Хаксли о психоделиках и визионерском опыте», «Женщина, шаман и леди-наркоманка. Сочинения женщин о нарко­тиках». Кроме того, он (вместе с Карен Уолс и Билли Смитом) являет-ся составителем «Аннотированной библиографии Тимоти Лири».

было ожидать чего-то подобного от доктора фило­софии, бывшего гарвардского профессора, мучени­ка идеи расширяющих сознание наркотиков. Но мы все торжествовали вместе с ним, мы приветствова­ли не просто сам его побег, но его символическое значение: Тимоти сделал «козу» всей никсоновской Америке.

Последовали потрясающие подробности. Орга­низация Weather Underground взяла на себя ответ­ственность за организацию его побега. Партия Чер­ные Пантеры, возглавляемая Элдриджем Кливером и нашедшая приют в Алжире под крылом алжирского правительства, предоставила убежище ему и его жене Розмари. Тим писал письма и давал интервью в под­польной прессе, в которых он присоединялся к рево­люционным силам, призывающим к свержению аме­риканского правительства. Это уже было далеко от «peace-and-love» и «live-and-tet-live» («мир-и-любовь», «живи-и-давай-жить-другим») и прочих ненасиль­ственных призывов. Многолетнее ожесточенное пре­следование со стороны властей сделало свое дело. Теперь мы читали: «Smoke it... and blow it up!» («Затя­нись... и взрывай!»).

Розмари передала часть архива Тима, ту, в кото­рой отражалась его роль как основателя психодели­ческого движения, мне и моему коллеге Роберту Бейкеру еще за несколько месяцев до его побега на случай, если до него захотят добраться спецслужбы. (Это, разумеется, и случилось позднее, в 1975-м, и при весьма непростых обстоятельствах, но это слиш­ком длинная история для того, чтобы ее здесь рас­сказывать.) Мы общались с имеющими международ­ную известность беглецами через абонентский ящик почтового отделения в Беркли, зарегистрированный на имя Бодхисатва. По фальшивым паспортам они

были теперь супружеской четой Мак-Нелли, а в сво­их алжирских инкарнациях стали Нино и Майя Бара­ка. Постоянно озираясь по сторонам, мы забирали их письма на станции Сазер-Гейт и были главными связными Лири в Штатах. Мы были литературными агентами и издателями его контрабандных рукопи­сей, посылали ему скрепки и нить для чистки зубов, помогали Аллену Гинзбергу распространять «Декла­рацию Независимости», составленную, чтобы вызво­лить Тимоти из швейцарской тюрьмы в Лозанне - что и было достигнуто при содействии американского ПЕН-клуба.

Тимоти торопил нас приехать и присоединиться к революции против империалистических свиней. Нельзя сказать, что это было осторожно с его сторо­ны - все мы, в конце концов, были неопытными рево­люционерами - и вскоре Тим уже был под домашним арестом у Черных Пантер, а потом оказался в швей­царской тюрьме, и банда Никсона добивалась его эк­страдиции в Америку. Но в феврале 1972 года, меся­цев через шесть после его дерзкого побега из тюрьмы, мы с Баркером отправились в Базель, где за тридцать лет до того и было открыто ЛСД - причина всех этих событий.

Вот что я записал в своем дневнике после:

«Странствующие граждане имели обыкновение представляться местным князьям, преподнося им дар собственного чистого света». («Книга перемен». «Чистым светом» называли ЛСД в виде геля - техно­логия, изобретенная во время описываемых собы­тий).

«Успех в любом деле - это только вопрос установки».

Уильям С. Берроуз.

Чем быстрей ты двигаешься,